Капитан Ульдемир: Наследники Ассарта. Может быть, найдется там десять? - Владимир Михайлов Страница 17

— Осторожно, не споткнитесь.

Но я успел уже разглядеть два тела, аккуратно уложенные к стене. Капитан провел по ним лучом. То не были тарменары Властелина.

— У них слишком мало людей, чтобы держать все проходы, – негромко сказал мне капитан. – Теперь, думаю, дойдем без задержек.

— Хотелось бы, – сказал я ему в затылок и умерил шаг, чтобы не оттоптать ему каблуки. – Но зачем вы их так – наповал?

— Это не мы, – сказал он, не оборачиваясь.

— Кто же?

Он ответил не сразу.

— Может, тут проходили Незримые. Бывает, некоторые умирают от страха. Сердце не выдерживает.

Я сделал вид, что объяснение меня удовлетворило.

15

Оставшиеся четверо дремали у догоревшего костра. Все было выпито, девицы ускользнули, опасаясь, наверное, солдатского пристрастия. Тарменары несли службу, охватив кострище и всех возле него редкой цепью. Было тихо и скучно.

— Чего ждем? – спросил у старшего Уве-Йорген, не очень рассчитывая на ответ.

— Машин.

— Где же они?

Тарменар немного подумал:

— Где-нибудь. Приедут.

И, еще поразмыслив, добавил:

— Лес густой.

И в самом деле, машинам пробираться сюда, выкручиваясь между деревьями, наверняка было сложно.

— Могли бы и сами дойти до просеки хотя бы. Вот как вы – сюда.

Тарменар сказал:

— Приказ.

Встал и отошел – наверное, чтобы больше не слышать вопросов.

Ждать пришлось еще не менее часа, пока не послышался звук работающего мотора. Звук многократно отражался от деревьев, и трудно было определить, с какой именно стороны приближается транспорт.

— Готовность! – негромко скомандовал старший команды своим солдатам, и они сразу же залегли, укрываясь за деревьями, изготовив оружие к бою.

Старший вернулся к костру:

— Подъем. За деревья. Лежать до команды.

Четверо нехотя поднялись, протирая глаза.

— К чему?– поинтересовался Уве-Йорген. – Есть угроза? Ребята, берем оружие.

— Отставить! – хмуро приказал старший. – Оружие – нельзя.

— А вы почему?..

— Так полагается.

— Приляжем, – сказал Питек. – Хотя я, конечно, предпочел бы более теплую компанию. Разогнали всех красавиц, черти.

— Тише, – остановил его Рыцарь. – Слушать всем. Слышите?

— Тихо, – ответил за троих Гибкая Рука.

— Машины остановились. Наверное, не могут пройти. Если…

Он не закончил – тишину нарушили хлопки. Вроде негромких аплодисментов. Один. Два. Три. Но донеслись они вовсе не оттуда, откуда можно было ждать появления машин. Хлопнуло наверху. Над головами. Ниже лесных макушек.

Рыцарь, как и все остальные, невольно поднял глаза к густозвездному небу над поляной. Но первым увидел опасность не он.

— Облако! – негромко предупредил индеец.

Звезды и в самом деле мутнели, расплывались. Небо меркло.

— Газ! – это был уже Рыцарь. – Принять меры…

Спохватились поздно: уже вдохнули. Голова пошла кругом. Отказался подчиняться язык. Не осталось сил подняться. Сладко-сладко зевнулось…

Последнее, что еще увидели глаза, пока тяжело не упали веки: солдаты на опушке. Черные Тарменары. Много. Приближались неспешно, с оружием в руках, палец – на спуске.

И тут же пришел сон. Глубокий, как в детстве после дня беготни. Мягкий. Светлый.

…Ты отдаешь ручку от себя. Послушная, как палец руки, машина наклоняет острый нос. Бомбардировщик противника в прицеле – медленный, громоздкий, как крылатая баржа. Servus, mein lieber! Большой палец сам вжимает гашетку. Und – auf wiedersehen…