Развод? С удовольствием, мой дракон - Виолетта Весна Страница 17

— Кто это сделал?

Женщина пыталась говорить, но печать сжималась.

Пепельная вязь Ясны потянулась к знаку.

Таргель оказался рядом.

— Не рви её одна.

— Тогда помогай.

И на этот раз он не спорил.

Его рука легла поверх её руки.

Драконий жар встретился с пепельной вязью.

Печать на горле женщины треснула.

Она захлебнулась воздухом, вцепилась в рукав Ясны и прошептала:

— Мирсана не враг ищите невесту которую похоронили до свадьбы

Её глаза закатились.

Ясна замерла.

Вокруг стоял весь двор.

Праздник Дымов превратился в суд.

Мирсана Тэвиш стояла у колонны белая как мел.

А Таргель рядом с Ясной прошептал так тихо, что услышала только она:

— Началось.

Глава 4 Фаворитка, которой не было

Мирсана Тэвиш не убежала.

И это Ясне не понравилось.

Виновные обычно бежали.

Невиновные — тоже, если были достаточно умны и понимали, что дворцовая толпа не различает правду и удобную жертву. А Мирсана стояла у колонны, белая как соль, с высоко поднятым подбородком и руками, сжатыми так крепко, что костяшки пальцев побелели.

Вокруг неё уже собирался шёпот.

Шёпот во дворце был опаснее ножа.

Нож хотя бы требовал руки, стали и намерения. Шёпоту хватало чужого страха.

— Она сказала её имя

— Мирсана

— Бывшая невеста

— Яд за ужином, теперь печать

— Хотела вернуть императора

Ясна поднялась с колен.

Женщину, сорвавшуюся с печати молчания, уже подхватили лекари. Она была жива, но без сознания. На её горле оставался серый след, похожий на ожог от тонкой цепи.

Таргель стоял рядом с Ясной. Его лицо было спокойным, но Ясна чувствовала напряжение в его плечах. После того, как их силы снова соединились, в ней будто остался отзвук его жара. Не мысли. Не слова. Только давление, тревога, готовность ударить.

Он хотел закончить праздник приказом.

Она знала это до того, как он заговорил.

— Закрыть двор, — сказал Таргель.

Голос его разрезал шёпот.

Стража двинулась мгновенно.

— Никого не выпускать без проверки печатей. Лекарей — к пострадавшей. Варсо, собрать имена всех, кто стоял рядом с ней последние полчаса.

— Будет исполнено, — сухо ответил советник.

Мирсана усмехнулась.

Тонко.

Почти беззвучно.

Но Ясна услышала.

— Вас что-то веселит? — спросила она.

Взгляды сразу повернулись к ним.

Мирсана посмотрела на Ясну.

В её глазах не было страха.

Нет.

Страх был глубже, в побледневшей коже, в пальцах, впившихся в ткань платья. Но глаза оставались гордыми.

— Меня забавляет, ваше величество, как быстро люди начинают верить умирающей женщине, если она произносит чужое имя достаточно драматично.

— Она сказала, что вы не враг.

— Да. И двор услышал только моё имя. Удобно, не правда ли?

Ясна медленно подошла ближе.

— Значит, вы признаёте, что вас пытались подставить?

— Я признаю, что во дворце есть люди умнее тех, кто сейчас шепчется.

Одна пожилая дама в зелёном возмущённо втянула воздух.

— Леди Тэвиш! После таких слов

Мирсана повернула к ней голову.

— После таких слов что? Вы перестанете приглашать меня на ужины, где яд подают раньше десерта? Я переживу.

Ясна едва не улыбнулась.

Проклятая женщина была невыносима.

И всё же ей начинала нравиться.

Таргель шагнул между ними, но Ясна подняла ладонь.

— Нет.

Он повернул к ней взгляд.

— Нет?

— Я поговорю с ней.

— Не сейчас.

— Именно сейчас.

— Ясна.

— Таргель.

Они несколько секунд смотрели друг на друга.