Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона - Таня Драго Страница 170

Валейр начал ходить вокруг круга размеренными шагами человека, который наслаждается каждой секундой своего триумфа, смотрел на руны, которые пульсировали всё быстрее и ярче, зелёный свет сменялся красным в ритме, напоминающем сердцебиение. Он достал из кармана жилета карманные часы на цепочке, щёлкнул крышкой с тихим металлическим звуком, посмотрел на циферблат и усмехнулся довольно:

— Ещё час — и я единственный наследник. Отец объявит национальный траур, закроет все празднества на месяц. Мать сойдёт с ума от горя, потеряв обоих драконьих сыновей за такой короткий срок. Но королевство нуждается в правителе, и долг превыше личных трагедий.

Голос его звучал довольно, почти мурлыкающе, с той интонацией человека, который видит, как его долгий план наконец-то приближается к завершению:

— И я буду этим правителем. Младший, верный, всегда в тени старших братьев, незаметный и преданный. И вдруг единственный, кто остался. Единственный сын, который может продолжить династию.

Он обернулся ко мне, я лежала на полу круга, дышала с хрипом, который вырывался из груди с усилием, и каждый вдох давался как последний, лёгкие не хотели работать нормально.

Валейр усмехнулся, глядя на меня сверху вниз:

— Ирония в том, что никто не заподозрит меня. Я же был так предан братьям всю жизнь. Всегда рядом, всегда готов помочь. Идеальный младший брат, который любил своих старших и скорбит об их потере искренне.

Я попыталась приподняться на локте, мышцы дрожали от напряжения, но я заставила себя сесть хотя бы наполовину, и голос вышел хриплым, прерывистым:

— Релиан… убьёт тебя… Когда придёт… он разорвёт тебя… на части…

Валейр качнул головой с насмешливым сожалением, подошёл ближе к краю круга, наклонился, глядя на меня с интересом:

— Нет. Ему очень больно. Он чувствует, как ты умираешь. Связь между вами работает как проводник агонии — она разрывает его изнутри. Дракон без сокровища — это безумие и смерть, Индара.

Связь с Релианом пульсировала болью где-то глубоко в груди — он был далеко, в своих покоях, но я чувствовала каждый его вдох, каждый удар сердца через невидимую нить, которая связывала нас. Они замедлялись.

Сердцебиение становилось реже, слабее, будто кто-то медленно выключал свет в тёмной комнате, и я чувствовала этот процесс так ясно, будто держала руку на его груди.

Валейр вернулся к кругу, посмотрел на часы снова, щёлкнул крышкой:

— Сорок минут. Скоро всё закончится, Индара. Твоя боль прекратится, и ты сможешь отдохнуть. Вечный сон — не такое уж плохое завершение истории.

Он устроился поудобнее, закинул ногу на ногу и сложил руки на коленях:

— Я подожду. Хочу увидеть момент, когда ты умрёшь. Когда связь оборвётся. Это будет… поэтично. Финал, достойный драмы.

Я посмотрела на круг, на руны, которые светились под моим телом пульсирующим светом, на свечи по периметру, на Валейра, который сидел в нескольких метрах от меня с видом довольного зрителя.

Вариантов было мало. Почти не было. Но один всё-таки существовал.

Я перекатилась на бок с усилием, подтянула колени к груди, попыталась просунуть связанные руки под ягодицы, чтобы перевести их вперёд, и боль в плечах вспыхнула острая, нестерпимая, но я сжала зубы и продолжила движение.

Валейр посмотрел на меня с лениво-насмешливым любопытством: