Моровое поветрие - Рита Хоффман Страница 173

Владлен лишь горько усмехнулся, кивнул и вышел из шатра. Где же ты раньше был, батюшка? Кровь давно выпита, обряд проведен, две жизни переплелись так, что не разорвать теперь.

И это успокаивало.

Ратники недоверчиво косились на волкодлаков, а те держались в стороне, стараясь не приближаться к людям. Вскоре и Рыж подошел, затянутый в крепкую кожаную куртку. Оглядел свое небольшое войско и сказал:

— Доберемся быстро, думаю, к вечеру на месте будем. Там в оба смотрите: каждая баба в селе – ведьма, свою жалость оставьте здесь. Пусть они вам и покажутся обычными людьми, все это морок. Никто уйти не должен, каждую ведьму надо поймать и убить.

По спине Владлена мурашки побежали. Слова Рыжа звучали страшно, но он говорил правду: замарать руки в крови придется, хочется им того или нет.

— А коль кто ускользнет? – спросил один из ратников.

— Это будет стоить жизни вашим женам, старикам и детям, – жестко ответил Рыж.

Знал, на что надавить, старый черт. Владлен поморщился, но пришлось прикусить язык и слушать наставления батюшки.

Буквица на руке начала жечься, Владлен прижал к ней ладонь и незаметно потер. Удружил Бог, пометил его, как быка какого.

Не сразу он понял, что беспокойство в метке вызывает рыжая ведьма, которая подошла ближе и встала рядом. Владлен покосился на нее и грубо спросил:

— Чего тебе?

— Дело есть.

— Я с ведьмами дел не имею.

— Царь сказал, что быть ведающей матерью не запрещено, так что…

— Ну что, что ты хочешь от меня? – Владлен повернулся к Ярине. – Говори и убирайся.

— В селе есть женщина, она очень хорошая, – сбивчиво начала она, – только благодаря ей я смогла сбежать. Пожалуйста, не трогайте ее! Что хочешь сделаю, только позволь ей уйти.

Владлен смерил ведьму взглядом, хмыкнул и спросил:

— Почему ко мне пришла?

— Не к батюшке же твоему идти, он вон какой… Суровый.

— А я, значит, похож на того, кто ведьм отпускает?

— Я не это сказала.

Владлен помолчал, делая вид, что раздумывает, затем наклонился к Ярине и прошептал:

— Твоя подруга уйдет только в одном случае: если достанет для меня живое сердце.

— Зачем? – ведьма прищурилась.

— Затем, что одна из вас, поганых тварей, украла его у Луки.

Глаза Ярины стали такими большими, будто она попыталась взглядом весь мир объять. Побледнела, зашаталась, будто вот-вот чувств лишится, но Владлен даже не придержал ее: ему было противно прикасаться к ведьме.

— Но… Но как же… – бормотала она, вглядываясь в его лицо. – Не врешь?!

— Ты блаженная, что ли? Стал бы я врать о таком.

Ярина нахмурилась, сжала кулаки.

— Душица должна знать, как его вернуть. Поклянись, что сохранишь ей жизнь, и она поможет! – решительно потребовала она.

— Наглости тебе не занимать, я смотрю, условия охотнику ставишь.

Владлен старался выглядеть самоуверенным, но сердце вскачь пустилось, едва услышал он, что ведьма способна помочь Луке. Не думал он о том, чтобы заставить одну из них секреты вештиц раскрыть. Каждый охотник знал: эти хитрые твари сколько угодно могут голову морочить, но никогда правды не скажут.

— Коль она поможет, я ее отпущу, – сказал Владлен. – Но если начнете за нос меня водить, я…

— Нам наши жизни дороги так же, как тебе жизнь друга, – перебила его Ярина. – Клянись!

— Клянусь.

Слова клятвы легко с языка сорвались, что угодно он готов был сделать, лишь бы смерть за Лукой больше по пятам не ходила.