Пленница аскадцев. Цена свободы - Алена Бондар,Карина Рин Страница 178

А потом всё повторяется. И я протяжно стону, выдыхая.

А мужчины, почувствовав, как я сжимаюсь максимально вокруг них, тоже кончают. Они рычат, сжимают меня сильнее. Рука Эйрика на моём бедре, жёстко удерживает, а Касар сжимает грудь, будто не отпустит.

— Ах… — протягиваю и хватаю ртом воздух, пытаясь прийти в себя.

И только после этого они выходят из меня. Кто-то из них подхватывает меня на руки и несёт к воде.

А там мы купаемся, и я улыбаюсь как дурочка, сама не понимая почему. Вода тёплая, смывает всё напряжение, а солнце греет кожу, и кажется, будто на секунду всё стало проще.

Мы высыхаем на солнышке, и всё это время мужчины, что удивительно, не ругаются и не пытаются убить друг друга. Я же просто радуюсь этой передышке, этому странному, почти мирному моменту.

Когда никто не кричит, когда меня обнимают и ласкают руками под предлогом, что так быстрее кожа высохнет. Когда ласкают взглядом с двух сторон. Не перетягивая внимание в одну, а с обеих одаривают им.

— Как ты? — спрашивает Касар, когда я уже полностью оделась.

— О чём ты? Думал, я после оргазма распадусь на осколки? — шутливо бросаю.

А мужчины как-то странно переглядываются между собой, но я решаю не развивать тему, чтобы не спровоцировать ссору.

Вот в таком приподнятом настроении мы и возвращаемся домой.

На пороге нас встречает Алрик. И, прищурившись, проходится по моей фигуре тяжёлым взглядом, будто считывает всё, что было. А потом и принюхивается.

И мрачнеет с каждой секундой всё больше, а аскадцы напрягаются.

Я же смотрю на Мерзаля, который сидит прямо тут.

«Что случилось?» — спрашиваю его в мыслях.

«Сейчас расскажу», — спокойно отзывается мой фамильяр.

А я перевожу взгляд на Алрика и вижу, как он изменился в лице. Он как-то коварно ухмыляется и, вынув кинжал, отдаёт мне его в руки, а мужчинам кидает:

— Нужно дров наколоть.

И не дожидается ответа, уходит в лес.

— Иди в дом, мы скоро вернёмся, — говорит Касар и тоже отдаёт свой кинжал.

Эйрик следует его примеру.

— Мерзаль, может, ты мне объяснишь, что происходит? — требую ответов у фамильяра, пока мужчины скрылись в лесу.

— Дурында, я так понимаю, ты не заметила, что у тебя на шее уже три метки? — смотря на меня скептически, спрашивает кот.

— Нет, — тут же отказываюсь и напрягаюсь.

Кладу на землю кинжалы, прикладываю руку и нащупываю один укус.

Правильно.

— С другой стороны, — снисходительно говорит Мерзаль и даже глаза закатывает.

Резко поднимаю руку и трогаю шею с другой стороны.

— Нет… — поражённо протягиваю, начиная закипать.

— Дурында, скажи мне ещё, что тебя ещё дважды взяли в жёны, а ты не заметила? — спрашивает он.

Я смотрю на него распахнутыми глазами. Мерзаль прикрывает лапой глаза.

— Я их убью! — рычу и уже разворачиваюсь, чтобы идти к мужчинам.

Но Мерзаль встаёт передо мной.

— Отойди, я их прибью, — шиплю зло.

— Мирана, ты можешь кричать сколько хочешь, но толком ничего им не сможешь сделать, и они, гады такие, этим пользуются, — протягивает Мерзаль. — Связь так работает. И к тому же не переживай — они сами о себе побеспокоятся.

Дёрнув хвостом, Мерзаль заходит в дом, а я, подхватив оружие, кричу ему вслед, идя за ним:

— Ты о чём?

— А дрова у нас теперь принято рубить голыми руками? — мурлычет он и запрыгивает на подоконник.