Вечерний изумруд - Иника Мин Страница 178

– Но сначала рассказ.

– Сначала я тебя привяжу.

Арина описала мне все в красочных подробностях.

Настроение как-то сразу испортилось.

– Развяжи меня.

Она недовольно шикнула:

– Так и знала, надо было после. И вообще, тебе-то что? Это было сто лет назад и тебя никак не касается. К тому же тот мерзкий старик давно подох от рук сокамерников – как только до них доползли слухи. Естественно, об этом не объявили, ведь о многом тогда умолчали. Ты же в курсе, что тогдашний командир десятого отряда – муж двоюродной сестры главы бюро?

Я удивленно замолк. Конечно, я и не догадывался. Тогда понятно, почему этому ублюдку так долго все сходило с рук.

– И об этом все знали? Ну, что они родственники.

– Нет, само собой. А те, кто знал, молчали.

Я задумался. После паузы продолжил расспросы:

– А кто-то из его жертв остался в живых? И развяжи меня уже.

Она закатила глаза, но послушалась.

– Не знаю, вроде нет. Всех, кто мог что-то рассказать, убрали. Кого-то в психушку упекли, кого-то убили, обставив все как суицид.

– Понятно. Что ж, я, пожалуй, поеду.

Как только я снова смог двигаться, я тут же поднялся, привел себя в порядок и направился к выходу.

– Ты все еще должен мне одно связывание.

Вместо ответа, я хлопнул дверью.

Обойдется.

По дороге домой я думал о прежнем десятом отряде. Насилие там превратилось в обыденность. И, со слов Арины, командир издевался над подчиненными не один.

Я потянулся к сигарете, чувствуя ком в горле. Как вообще можно было опуститься до такого? Уму непостижимо. Чиркнув зажигалкой, я опалил кончик сигареты. Вот он, еще один повод ненавидеть бюро – «верхушка» все замяла и расправилась с неугодными. «Черта с два я им отдам Аню», – все, о чем я мог думать. Ясно же, что от нее хотят избавиться, ведь она единственный свидетель тех зверств. Теперь понятно, почему она так боялась меня на допросе: думала, что я такой же, как бывший командир. Интересно, все, кто участвовал издевательствах, – охотники? Или был кто-то из управления?

Как же отвратительно.

Ей же было всего шестнадцать лет.

Я сжал сигарету, и она переломилась. Чертыхнувшись, выкинул и поджег новую.

Да какая разница, сколько ей было лет. Это совершенно неважно. Ни с кем не должно происходить то, что происходило с ней.

Потом я вспомнил, как Аня отреагировала, когда я хотел ее обыскать. Как она побледнела, когда я сказал раздеваться. Как дрожала ее рука, и с какой силой, несмотря на дрожь, она вцепилась в мое запястье, лишь бы я не прикасался… Какой же идиот. Если бы знал, я бы никогда…

Я вздохнул, выкидывая окурок в окно.

Когда я свернул к дому, надвинулись тучи. Я в спешке припарковался, надеясь все же дойти до подъезда, пока не начался сильный дождь. Но мое внимание привлек человек, лежавший на лавке.

«С каких пор здесь стали околачиваться пьяницы?» – подумал я, подходя ближе.

Каково же было мое удивление, когда я увидел новенькую, свернувшуюся калачиком. Как она узнала мой адрес? И почему она не у Влада? Он ведь предложил переночевать у него, пока им не выделят комнаты в общежитии.

А главное: как мне вести себя с ней? Надо ли сообщить, что я все знаю? Если она не рассказала о прошлом сама, то не хотела обсуждать подробности. И как убедить, что никто в моем отряде не обидит ее?

Я очнулся, когда полил дождь. Лишь тогда я окликнул ее: