Агентство Купидон. Чудо в подарок - Екатерина Мордвинцева Страница 18

при ближайшем рассмотрении она заметила едва видимые руны, высеченные по

периметру, — охранные знаки такой сложности и силы, что она лишь смутно

могла угадать их назначение.

Что делать? Стучать? Кричать? Она подняла руку, но остановилась в

нерешительности. В этот момент крышка корзинки на ее руке слегка

приподнялась изнутри. Небольшая пепельная лапка с крошечными, прозрачными

коготками бессильно уцепилась за край. И снова донеслось урчание, чуть

громче, настойчивее.

Лира, движимая отчаянной решимостью, прижала ладонь к холодному дереву двери.

— Арвен! — позвала она, и ее голос, обычно такой уверенный, прозвучал хрипло и

неубедительно в этой давящей тишине. — Арвен Скайлор! Это Лира! Мне нужна

ваша помощь!

Ничего. Лишь эхо ее голоса, бесследно сгинувшее в ночи. Она собралась было

крикнуть снова, как вдруг…

Руны вокруг двери вспыхнули тусклым синим светом. Не приглашающим, а

угрожающим, предупреждающим. Воздух вокруг нее сгустился, зарядившись

статикой. Лира отпрянула.

Дверь бесшумно отъехала в сторону, растворившись в стене. В проеме, залитом

мраком, столь же густым, как внутри пещеры, стояла высокая фигура.

Арвен. Но не тот сдержанный, отстраненный посетитель ее фамильяриума. Этот был

разгневан. Его ярость не выражалась в крике или гримасе. Она висела в

воздухе, тяжелая и плотная, как грозовая туча перед ударом молнии. Его

золотистые глаза горели в полумраке, как раскаленные угли, а вертикальные

зрачки сузились до тонких, опасных щелочек. Казалось, сама тень вокруг него

шевелится, принимая угрожающие очертания.

— Вы осмелились прийти сюда.

Его голос был тише обычного, но каждый звук в нем вибрировал такой

нечеловеческой мощью и угрозой, что у Лиры похолодели ноги. Он не спрашивал.

Он констатировал невероятную, оскорбительную дерзость.

— Я… Мне было нужно… — начала она, запинаясь, но он перебил ее, сделав один шаг

вперед. Она инстинктивно отступила.

— Границы существуют не для украшения, мадемуазель Серебрянка. Это мое

владение. Вы вторглись. Сейчас же уходите. Пока я позволяю вам это сделать.

Его тон не оставлял сомнений — следующее «позволение» может и не последовать.

Лира чувствовала, как дрожь пробирается по ее спине. Она была на волоске от

того, чтобы повиноваться, подчиниться этому древнему, первобытному ужасу,

который он излучал.

И тогда из корзинки раздался звук. Не урчание. Слабый, жалобный писк. Звук

абсолютной беспомощности и, в то же время, странного доверия.

Арвен замолчал. Его пылающий взгляд скользнул с ее лица на корзинку в ее

дрожащих руках. Лира, следуя внезапному импульсу, не раздумывая, приоткрыла

крышку.

В тусклом свете ее камня-светляка был виден крошечный пепельный комочек.

Котенок, все еще с закрытыми глазами, беспомощно повернул головку в сторону

Арвена. Его носик задрожал, улавливая запах. Маленькая лапка снова

потянулась из корзинки, не цепляясь за край, а просто вытянувшись, как бы в

немом вопросе или приветствии.

И тут произошло чудо.

Тусклый, едва мерцающий свет внутри котенка — тот самый, что она видела у

камина, вспыхнул. Не ярко, но явно. На мгновение его пепельная шерстка

озарилась изнутри тем же серебристо-золотистым сиянием, будто в нем зажгли

крошечную свечу. Свет пульсировал в такт слабому мурлыканью, которое снова