Желанная для джинна - Арина Алексанова Страница 18

— Этим и занимаюсь.

— Спишь и ешь?

— Наслаждаюсь жизнью, — поправил он меня, будто между этими понятиями была какая—то существенная разница.

— Кхм...понятно.

Хотя, по большому счету, мне его слова казались очень странными. Он живет целую вечность и при этом ничем не занимается!? Как это возможно!?

— Тебе здесь невероятно скучно. У тебя хоть друзья есть?

— Все люди, живущие в моем городе – мои друзья.

— Давай погуляем по городу? Я хочу посмотреть, как вы тут живете.

— Без проблем.

— Тогда я приведу себя в порядком, и мы…

Я не успела договорить, как джинн взмахнул рукой, и на мне, каким-то непостижимым образом, оказался надет милый сарафан с цветочками и легкие сандалии.

— Ого! К этому невозможно привыкнуть!

Я оглядела себя и добавила:

— Но в следующий раз я сама хочу выбирать, что мне носить.

— Мой сладкий ванильный кексик, ты что не доверяешь моему вкусу? – слегка обиженно спросил Гаффар.

— Ну этот вариант довольно мил. Лучше предыдущего, — нехотя согласилась я. – Но на будущее, — я резко вскинула вверх указательный палец, — никаких открытых животов, низких декольте, розовых рюшек и прочих сексуализированных нарядов!

— Вивьен, что плохого в том, что женщина красива? Нарядное платье облагораживает, делает увереннее, подчеркивает скрытые утонченные черты внешности.

— А еще привлекает ненужные мужские взгляды, — я с намеком подняла бровь.

— Не говори глупости. Я хочу тебя в любой виде.

— Ага, ага, — засмеялась я и потянула Гаффара за руку. – Пойдем скорее, не терпится увидеть город, который до этого я могла лицезреть только в виде развалин.

Мадаин-Салих, жемчужина пустыни, раскинулся под палящим солнцем, словно мираж, сотканный из песка и мечты. Его стены, выложенные из обожженной глины, возвышались над бескрайними дюнами, отбрасывая тени на извилистые улочки, затерянные в лабиринте веков. Дома, прижавшиеся друг к другу, словно старые друзья, казались продолжением естественного рельефа, их плоские крыши усеяны глиняными куполами, напоминающими грибы, выросшие из песчаной почвы.

Узкие, мощеные камнем переулки, купались в золотистом свете, пробивающемся сквозь ажурные решетки окон и навесы из выцветших тканей. Повсюду царила оживленная суета: ремесленники стучали молотками в своих крохотных мастерских, торговцы наперебой расхваливали свой товар, а женщины, закутанные в яркие хиджабы, ловко лавировали между спешащими прохожими.

— Здравствуй, Гасан! Как семья, как дети? – поприветствовал его Гаффар.

— Здравствуй, повелитель, — поклонился бородатый мужчина в чалме. – Все хорошо. Спасибо за все! Приходите к нам на ужин. Жена приготовит к вашему приходу баранину в соусе. Кстати Фатима, моя младшенькая, вчера сказала первое слово.

— Какое?

— Ифрит.

— О, это же я научил ее этому!

— Да, да, повелитель, — он слегка поклонился.

— Возвращайся к работе, Гасан. Я обязательно зайду к вам.

Я с интересом повернулась к Гаффару.

— И что это было?

— Ты про что?

— Ты реально общаешься со всеми своими подданными?

— Да. Я знаю всех лично. Вон там сидит Абдулл со страшим сыном. А в этом доме живет Моисей с женой. Я лично сочетал их браком.

— Как это странно, — пробормотала я.

— Почему? Ты как будто купил кукольный домик, расставил персонажей и играешь ими, как тебе вздумается.