Зови меня Волком - Лина Славянова Страница 18

— Ты-то откуда знаешь? – безучастно спросил Влаксан.

— Мне ли не знать? Сам видел! Хочешь, тебя свожу – поглядишь, – хмыкнул Птах.

— А чавой же? И я бы глянул, – хохотнул Косой.

— Куда тебе? Ты ловкий, как бревно! Такому в жизни не подлезть, а Щенок вполне управится.

— Упаси. Я бы поодаль от княжьих хором гулял, – отмахнулся Влаксан. – Что по делу?

— Ничего. Золото пока лучше придержать и сидеть тихонько. С города нос не совать, по дорогам больно не носиться. Князь не дремлет, ищет и ждёт, когда похитители себя выдадут.

— А малец где?

— Бык его тут же и передал, – кивнул Птах, – Быстро обернулся, так что обошлось. Теперь от нас зависит, как дальше обернётся. Главное, чтоб глупостей никто не наделал.

— Каждый день нам в пользу, – согласился Косой. – Пока у них ничего. Я жеж вкруг дворца ходил, слышал, как князь бесится. Гонцы пустые приезжают. Колдун награйский шибко зол, ждёт, когда его отпустит Брониимир. Кричал, что ноги его не будет в этом проклятом городе, едва ворота откроют. Он уверен, что холодные ведьмы бесчинствуют в Грате.

— Не думал, что кто-то всерьёз верит в эти байки, – кисло улыбнулся Волк.

— Да, не боись ты, Щенок! – Косой положил руку на плечо Влаксану, – не первый раз на нечистое дело идём. Такое серьёзное – оно, конечно, впервой, но что же мы не знаем, как затаиться? Обойдётся. Ты главное – живи, как жил, – Косой крепко сжал ему плечо, – не озоруй, и будет ладно.

Влаксан не ответил. Раньше он не задумывался о доверии, но теперь понял, что не шибко-то хотел, чтоб его жизнь зависела от таких людей, как Птах или Косой.

14

С утра Волк наведался к кожевнику. Крепкий седой мужик вышел из лавки, быстро глянул на него, и утёр пот со лба, пошёл в мастерскую:

— Что? И у тебя в заварушке сапоги подрезали?

— И у меня? – удивился Волк.

— Думал, только княжича под шумок упёрли? Много сейчас ко мне приходят. Всё кошельки и сапоги заказывают. Пройдись по перекупщикам, может, там чего своего найдёшь, – кожевник достал из-под стола ящик и стал в нём шумно рыться.

Волк пропустил мимо ушей совет:

— Что по сапогам?

Готовых нет, дёрнул плечом мужик.

— Готовых нет. Раскупили. Пошью за три дня.

Получив плату, кожевник приложил колодку к стопе Волка, и бросил её в ящик:

— Приходи через три дня.

— Мне бы ещё полукафтан без рукавов, и чтоб под горло, – Волк указал на шею.

— Есть охотничьи, с рукавом и без. Вон, погляди в том углу, – махнул в тень кожевник, усаживаясь за стол.

Влаксан обернулся и приметил у стены сваленные в кучу разные кожаные кафтаны, полукафтаны и пояса.

— После праздника все как с ума посходили! Сапоги подавай да мелочь всякую… рукавицы, кошельки… на охотничье и раньше спрос был не велик, а после закрытия ворот и вовсе хоть пропадай.

— Я возьму этот, – указал на понравившуюся безрукавку Волк.

— Хорошо. Два серебряных.

— Сколько? – поперхнулся Влаксан, – сам говоришь, никто не берёт.

— Он без тебя два года лежал, полежит и ещё два. Мне не мешает. А там, глядишь, Брониимир и разрешит охоту, будет и спрос, продам и за три…

Кожевник говорил тихо и невозмутимо, не отрываясь от работы.

Волк выложил два серебряных и быстро надел жилет. Двигаться в таком наряде стало сложнее, но и проткнуть его не просто. Косому придётся не мало изловчиться, чтоб попасть под ворот, а незаметно пробить кожу силёнок у него не хватит. Отец надевал такую безрукавку на охоту, чтоб в запале зверь не подрал шею.