Вечерний изумруд - Иника Мин Страница 181

Новенькая выглядела бледной, словно вот-вот потеряет сознание.

Что-то внутри болезненно кольнуло, мне не нравился ее вид.

– Пришла рекомендательное письмо получить или что?

– Нет, я… – Передо мной словно стояла девочка, которая вот-вот расплачется.

– Завтра в кадры занесу, будь спокойна, распишу в лучшем виде. Все? Я могу идти?

Я не должен был грубить. Завтра мы уже не пересечемся.

– Да ну стой… Очевидно же, что мы не за этим пришли, не надо паясничать. – Влад вел себя нервно, будто переживал не меньше Ани. Даже схватил меня за руку.

– Тебя не спросил, отвали. И вообще, не лезь в это.

– Я знаю, что произошло на самом деле. Она хочет извиниться, Мстислав. Пожалуйста, выслушай ее.

Как обычно, все кругом все знают. Это он ей рассказал? Почему он решил, что может болтать о моем прошлом?

– Во-первых, мне не нужны ее извинения, – разозлился я. – Во-вторых, у нее самой что, язык отсох? И, в‐третьих, пусть думает что хочет. Переубеждать не буду. А вот тебе извиниться не помешает. Какого черта ты треплешься кому попало о моем прошлом?

Вся эта ситуация вывела меня из себя. Неужели моя жизнь – такая интересная тема для сплетен?

– Я не треплюсь. Уж лучше я расскажу, чем тот же Олег, согласись. Да и ничего секретного я не сообщил, только то, что знают все.

– Угу. Закончил? Я не понимаю, с чего я должен быть любезным и пытаться помочь тому, кто этого не ценит. Все мы знаем, кто она на самом деле. Прикрывая ее, я лишь глубже вязну… нет, уже окончательно увяз в дерьме, которое не разгребу. Больше нянчиться я не желаю. Доходчиво объяснил?

Я хотел уже закрыть дверь, но новенькая наконец-то подала голос. Тихий, дрожащий и такой неуверенный. Вечно грубая и нахальная, сейчас Аня казалась как никогда хрупкой, дунешь – она и рассыплется.

– Более чем. Да. А теперь… Теперь я хочу, чтобы ты и меня выслушал. Каждый имеет право быть услышанным, так?

– Нет.

– Мстислав…

– Все в порядке, Влад. Думаю, ты можешь возвращаться. Он прав – у меня словно язык отсох. Позволь мне пройти хотя бы в прихожую, не хочется о таких вещах говорить в подъезде, – продолжила Аня.

– Ого, наш мышонок осмелел, да?

Она почти пищала, но ее решимость вызывала интерес. Что же она скажет? Может, просто расплачется? Очень интересно.

– Ладно, твоя внезапная храбрость подкупает. Что ж, пройдем.

– Точно все нормально? – обеспокоенно спросил Влад.

– Да. Спасибо, что поддержал.

– Я жду в машине.

– Не жди, я отвезу ее. Уже поздно, отдохни перед завтрашним днем.

– Но…

– Пока, Влад.

Достал меня этот джентльмен. Наконец я закрыл перед ним дверь.

Аня переминалась, ее взгляд бегал по паркету. Она поджала губы, прикусила нижнюю. Я вроде бы должен злиться, так? Вроде она обидела меня, так? Тогда почему мне хочется обнять ее и сказать, чтобы перестала так сильно переживать? Сердце ныло, мне жутко не нравилось это чувство. Нужно просто сделать вид, что слушаю ее, – тогда эта пытка закончится и для нее, и для меня.

– У меня мало времени, говори и проваливай. Ой, я снова грублю!.. Будь любезна покинуть мой дом.

Аня сжала кулаки и сделала глубокий вдох.

– Я сожалею о том, что сказала тогда, я просто испугалась, не только за себя, но и…

Она начала тараторить. Я даже растерялся немного – ждал всхлипываний, лепета, но никак не пылкой речи. Я даже не смог осмыслить ее слова – вместо этого просто разглядывал ее. Казалось, что она задохнется, если не остановится. Она действительно переживала и искренне сожалела – это было написано на лице.