Спящие боги - Ульяна Черкасова Страница 182

Высокий мужчина в синем толкнул Вив плечом.

— С дороги, Сестра!

Поворот, ещё поворот. Вив закрутила головой, но нигде, нигде не могла найти крохотную девчонку с копной рыжих пушистых, точно одуванчик, волос.

— Маб!

Во дворе заревело.

Вив ещё не видела, кому принадлежал голос, но кровь застыла в жилах, и она всем своим естеством будто почувствовала, где искать Маб. Потому что неизвестная сила позвала её тоже.

Ноги не желали слушаться. Спотыкаясь, Вив выбралась во внутренний двор, куда выходили окна здания и куда устремились и стражники, и заключённые. И там, посреди второго этажа, у распахнутого окна стоял он – с развесистыми, сплетёнными, точно ветви, рогами, с горящими глазами.

Кернунн.

Широкоплечий, по-звериному огромный, в развевающихся тёмных одеждах, с короной рогов над головой – он едва помещался в оконном проёме.

В одной руке он удерживал на весу мужчину. Тот барахтался, тянулся руками к противнику, но лишь бесполезно раскачивался над пропастью двора, пинал воздух над каменной мостовой.

Внизу медленно, словно тени мёртвых, бывшие заключённые собирались под окнами. Они задрали головы кверху. И ждали… ждали…

Всё замерло. Даже время, кажется, остановило свой ход.

Стрельба затихла. Голоса смолкли. Только колокола плакали от страха.

Вив не смела сойти с места. Она окинула взглядом двор в поисках Маб, но посреди огромной толпы взрослых мужчин и женщин найти ребёнка казалось почти невозможным.

Лицо Рогатого бога было толком не разглядеть издалека. Вив щурила глаза, но могла различить только силуэт в тёмной комнате. Но она чувствовала его горящий взгляд – спокойный, полный власти, жажды и предвкушения. Он оглядел собравшихся. Медленно. Как хищный зверь, он взирал на них без всякого страха, без волнения, хотя сотни дул целились в него. Они ждали. Все они ждали, когда наконец…

Он разжал руку. Страж рухнул вниз. Удар. Хруст. Звонкий, громкий, как выстрел. Вив завизжала. Выстрелили.

Рогатый сорвался со стены точно птица. Один прыжок – он оказался на земле. Загремели револьверы. Двор запах дымом. Вив прижалась к стене, сжалась в комок.

Кернунн тенью метался среди Стражей. Данийцы сорвались с места. Это была резня. Беспорядочная. Дикая. Звериная. Вив бросилась обратно, к выходу, но её пнули в неразберихе сражения, и она поняла, что не сможет прорваться. И вдруг, среди чужих ног и плащей, среди грязи, оружия и когтей она снова заметила Маб.

Девчонка отчаянно, глупо и по-детски смело оставалась прямо посреди двора. Она ловко, точно кошка, уворачивалась от других сражающихся, и только чудом ни одна лихая пуля, ни один случайный удар до сих пор не настигли её.

И сквозь толпу, сквозь смерть, она рвалась к нему.

К Кернунну.

Вив нашла его глазами. Он чёрным неумолимым клинком танцевал среди синих мундиров. Рога возвышались над головами. Точно огромный олень среди гончих, что рвали его, нападали, он отбивался и убивал легко, грациозно, так быстро и безжалостно, что дух захватывало от пугающей смеси отвращения и… восхищения. Он убивал так, словно это было искусство, словно это было должно, правильно, красиво и… оправданно… Для божества, пожалуй, иначе и быть не могло.

Но Маб… Маленькая, наивная, глупая, бесконечно одинокая девочка из глухой деревни…

— Маб! – завопила Вив.