Новая фантастика 2026. Антология №10 - Сергей Лукьяненко,Екатерина Пронина,Дарина Стрельченко,Мара Гааг,Мария Соловьева,Мирон Высота,Юрий Ляшов,Борис Крамар,Ася Виленица,Дмитрий Швецов,Ника Созонова,Евгений Паули,Антон Ищенко,Олег Ткаченко,Роман Борисевич Страница 184

В нетерпении я закрылся на кухне с новой свечой. Ритуал казался уже знакомым, обкатанным, почти привычным. Чуть сложнее видеозвонка. Я приоткрыл окно, зажег свечу, включил музыку – на всякий случай, ту же самую песню. Руки немного тряслись от нетерпения, так что палец попал по нужному значку на экране только с третьего раза. Я сел спиной к окну на табурет и четко прочитал заговор.

В этот раз ждать пришлось совсем недолго. Всего через минуту мне на плечо легла знакомая рука, и знакомый тихий голос сказал:

— Ты так скоро снова захотел со мной поговорить? – В ее голосе слышалось некоторое удивление, как будто нормальный человек смог бы ограничиться одним-единственным разговором.

— Да. Я знаю, что не нужно было, но мне очень хочется обнять тебя.

— Обнять? Ты ведь не достанешь.

Я крепко зажмурился. Решившись, развернулся на табурете, встал, на ощупь нашел ее тело и крепко обнял. Она тихо ойкнула от неожиданности. Под моими руками она была все такой же мягкой, горячей, живой. Я чувствовал ее пульс, ощущал аромат полыни и дыма, исходящий от ее волос – ее любимые духи. «Пахнет как колдовство», – говорила она.

— Тебе не стоило этого делать, муж.

— Я просто не мог не попробовать.

Я стоял, до боли сжимая веки, вдыхая ее запах, совсем непохожий на смесь шампуня и крови, которая забила мои ноздри в тот день.

Проскрежетал ключ в замке, распахнулась входная дверь.

— Пап, тетю Иру дернули на работу! У них там под конец года опять все без нее сломалось. А ты что в темноте сидишь?

— Рыбка, стой! Не заходи пока! – Я в панике обернулся в сторону двери, темнеющего провала коридора с пятном света из подьезда. Мои глаза невольно раскрылись, чтобы сориентироваться. – Я тут лампочку разбил, на полу осколки еще не собрал. Подожди немного!

Я лихорадочно стал соображать, что делать. Прятать Веронику от ее же дочери? Но где? В шкафу с тарелками она явно не поместится, а скатерть на столе у нас даже по праздникам не всегда бывает. Оставить ее за шторой, как в глупой комедии?

Маринка включила свет в коридоре, сделала несколько осторожных шагов, подсвечивая порог кухни фонариком на телефоне.

— Пап, а где осколки-то?

В панике, с колотящимся сердцем и все еще раскрытыми глазами я повернулся к жене, даже не понимая, что сейчас сделал.

Передо мной стояла она, во плоти. Чуть бледная, но вполне себе розовая кожа, аккуратное каре густых черных волос, голубовато-серые глаза с искоркой, чуть влажные, живые губы. Она даже одета была в то самое платье, которое я полгода назад передал в похоронное бюро – закрытое, но элегантное, цвета бутылочного стекла. Я замер. В ужасе и восхищении одновременно. Я так не смотрел на нее, наверное, даже в день свадьбы.

Я услышал, как Маринка заходит на кухню, наверное, все еще глядя под ноги. Я даже не попытался подобрать какие-то слова, объяснения, просто застыл, ожидая неизбежного.

— Я никакого стекла не вижу. Ты уже собрал, что ли?

Не успела она договорить, как Вероника исчезла прямо из моих рук. Только что она стояла здесь, и вот уже пропала, только чуть покачивалась створка окна.

* * *

Новый год мы впервые отмечали вдвоем с Маринкой. Я как мог постарался украсить дом, поставил елку, приготовил пару каких-то салатов. Все это я делал как будто в полусне, не погружаясь в процесс. Мои мысли были очень далеко от праздников и дочери.