Церковь Таможенного Союза - Юлия Зонис Страница 186

Варгас по-прежнему смотрел на него без выражения этими нечеловеческими глазами цвета заката.

— Пикник, – в конце концов отозвался он, – из моего идала, который сдох, хотя и не должен был. Впрочем, тогда еще мы были не здесь. У нас остался только ваш серый, вон пасется…

Он махнул рукой с мечом вправо, где и правда бродил, обкусывая сухую траву, Невзрачный. При этом идала вовсе не пугала туша полосатого, валявшаяся неподалеку и неаккуратно разделанная, хотя кони должны чувствовать такие вещи.

— Верное животное, – с одобрением продолжил Варгас, расправляясь со следующим куском. – Мог бы ускакать, пока я разбирался со Стражем, но остался рядом с вами. Чем-то вы ему приглянулись.

Гудвил завертел головой. Все так же синела на горизонте цепочка далеких гор, и небо было… почти таким же и все же неуловимо другим. Здесь росли редкие, скрюченные деревца. На мертвых ветвях не было видно листвы. Трава, рядом с костром притоптанная, дальше поднималась высоко, ее желтые и серебристые метелки колыхались под ветром. Правда, медик так и не смог определить, откуда дует ветер – он дул, кажется, сразу со всех направлений, с вершин лиловых, окружавших равнину гор. Гудвил нахмурился. Он точно помнил, что горы были на закате, а на востоке от них должен был оставаться Тавнан-Гууд с мелкой мутной рекой, с длинными бараками базы «Кари», с импровизированным лагерем беженцев и космодромом. Но ничего похожего не было видно, хотя вряд ли за полчаса или чуть больше бешеной скачки они могли уехать настолько далеко.

— Где мы? – спросил он.

Варгас громко хмыкнул.

— Хороший вопрос.

— Где Эрмин?

— А вот этот похуже. Я не знаю.

— Она ускакала назад?

Закат в глазах Варгаса резко блеснул, словно отразившись в озерной воде или как будто по низкому небу прошла комета.

— Я хотел ее спасти. Но не смог.

Гудвил замолчал. Онемевшее тело ничего не подсказывало. Наверное, сердце должно было забиться чаще, в кровь выброситься адреналин, он должен был бы захлебнуться воздухом… но не почувствовал ничего.

— Почему рана не болит? – хрипло произнес он.

— Потому что формально вы мертвы, Томас, – мягко ответил Андрей. – Ваша рана смертельна. Но на «изнанке» умереть нельзя, если, конечно, я вам этого не позволю. На моей «изнанке», а мы именно тут и оказались после того, как Страж отправился в преисподнюю, прихватив с собой, к сожалению, мисс Абеляр.

Варгас что-то явно недоговаривал, но медику было уже все равно. Он вновь опустился на спальник и уставился вверх, в ржаво-рыжую, продуваемую ветром бездну.

— Я вытащил древко и налепил, что нашел, из вашей аптечки, – продолжил эсбэшник.

Невзрачный, прервав свой ужин, подошел к Гудвилу, негромко стуча копытами. Фыркнул. Тяжелая теплая голова наклонилась, конские губы мягко ткнулись ему в плечо.

— Не идал, а собака, – с одобрением произнес Варгас. – Но, возвращаясь к теме, мы тут, похоже, застряли надолго. Видите ли, Томас, если мы выйдем с «изнанки», вы умрете. Это, может, меня бы и не остановило, но я понятия не имею, где тут выход.

— Спросите у своего черного двойника, – равнодушно ответил Гудвил.

Он поднял руку и попытался оттолкнуть Невзрачного, но не тут-то было, идал упрямо топтался рядом и шумно дышал ему в ухо.

— У этого… Иамена.

— Сильно не уверен, что он тут есть, – ответил Варгас, и голос его, как ни странно, показался медику веселым. – «Изнанка»-то, конечно, моя, но вселенная эта уже не наша. Мы на другой стороне. А теперь расскажите, пожалуйста, почему мисс Абеляр так упорно не желала меня сюда пускать?