Бусина из муранского стекла - Анна Боронина Страница 186

— Каковы наши шансы навестить молчаливых жителей этого острова? – Он кивнул в туман, поглотивший кипарисы, грабы и краснокирпичную стену, ограждающую захоронения.

Джаккомо фыркнул и пожал плечами:

— Молю стихии, чтобы этого не произошло. Все важные документы Паскари хранит в своем кабинете, так что сначала нам надо туда попасть, а потом просто найти нужный.

— Прекрасный план, – скептично отозвался Чезаре. – Просто восхитительный в своей простоте. И как мы попадем внутрь незамеченными? И почему мы не едем при полном параде?

— Чтобы не вызвать подозрений. Вечером начнется маскарад, город уже гуляет, тебе ли этого не знать. И нам надо попасть в Палаццо дожей не через парадную дверь.

— Прикинемся писарями? Да тебя там каждая чайка знает в лицо.

— О нет, мы попадем во дворец с другого берега, – улыбаясь, ответил Джаккомо с таким видом, словно предвкушал приключения.

— Напомни, что там?

— Тюрьма, конечно.

Оставшуюся часть пути Чезаре и Джаккомо спорили громким шепотом, активно жестикулируя: в безветренную погоду их ругань разносилась бы далеко, поэтому приходилось сдерживаться. Чезаре так вовсе еле держался, чтобы не отправить друга охладить буйную голову прямо в водах лагуны.

План был настолько же прост, насколько безумен – с помощью доверенного лица Галеацио Паццо, который уже ждал их в таверне на площади Сан-Марко, они должны были попасть в тюрьму, расположенную на другом берегу канала, прямо напротив палаццо. Тюрьма и дворец были соединены мостом, по которому обычно прямо из зала суда приговоренных отправляли в темницы. Они должны были воспользоваться этим переходом.

— Ты серьезно считаешь это прекрасной идеей?– в который раз спросил Чезаре, спрыгивая на склизкую от воды и наросших на камень ракушек узкую набережную.– А если мы не сможем выбраться и там застрянем? Ты же понимаешь, что если нас повяжут на постоялом дворе, то явно не отправят в Пьомби?[60]

Пока они спорили, Венеция приблизилась, выплыла им навстречу из тумана или поднялась прямо из воды. Они пришвартовались на самой окраине, рядом с лекарским домом, который Чезаре снабжал пробирками и флаконами из своих стеклодувных мастерских и который явно подштукатурили и подкрасили к праздничной неделе. В отличие от соседних зданий, плотно лепившихся друг другу, он единственный не выглядел так, будто уйдет под воду в следующее же мгновение.

— Сейчас праздники, никто особо разбираться не будет, страже хочется гулять точно так же, как и всем остальным. А у меня там есть свой человек, – отмахнулся Джаккомо, прикладывая к лицу маску, закрывающую его верхнюю половину.

— Хорошо бы он тебя узнал с такой рожей, – недовольно отозвался Чезаре, думая о том, что если они застрянут в венецианской тюрьме, причем неважно, в самом ли дворце или за его пределами, то помогать Лучиане будет совсем некому. – Не боишься зацепиться носом за что-нибудь?

Он щелкнул по длинному тонкому носу золотой маски и ловко увернулся от шутливого тычка под ребра.

— Вы там не угробьте себя, синьор, – пожелал Дзанни, подавая ему простую белую маску с треугольным подбородком, – не забывайте про рану.

— Забудешь тут, – все так же угрюмо буркнул Чезаре, но добавил с благодарностью: – Спасибо за заботу, Дзанни.

Они оставили слуг, которые должны были отогнать приметный ялик, и пешком отправились через лабиринт города. Улицы здесь были пустынны – народ с окраин в этот час стекался туда, где веселее – на Сан-Марко и на ближайшие к тавернам и многочисленным питейным заведениям пьяцетты.