Фейридейл - Вероника Ланцет Страница 187

Не успеваю я ответить, как Калеб отстраняется. Снимает куртку, достает из кармана складной нож и вынимает его из ножен, вопросительно глядя на меня.

Я протягиваю руку.

Осторожно взяв мою ладонь в свою, он подносит ее к губам для короткого поцелуя и прижимает лезвие к нежной плоти.

— Прости, – шепчет он.

Я чувствую резкий укол боли. На коже выступает кровь, и Калеб, не теряя времени, стирает алые капли лоскутом ткани.

Минуты утекают, как песок сквозь пальцы, и рана начинает затягиваться. Но уже не так быстро, как раньше. Заживление идет медленно, и я с нетерпением жду, когда порез затянется.

Наконец рана заживает, и на коже остается лишь несколько капель.

Поднеся мою ладонь к губам, Калеб слизывает кровь и поднимается на ноги.

— Не высовывайся. Если что-то случится, беги со всех ног и найди другое укрытие. Я найду тебя, обо мне не беспокойся.

С этими словами он уходит.

Воздух снова наполняется воем горгулий и криками людей.

Может, мы и отвлекли их на себя, но я уверена, что остальным сейчас приходится разбираться с потерями и разрушениями, которые твари учинили вокруг.

Страх внутри нарастает, стоит мне подумать о Калебе, который в одиночку сражается с ужасными существами. Я не сомневаюсь в его физической подготовке, ведь он почти десять лет служил в армии, но в этот раз ему противостоят не вражеские солдаты. А сверхъестественные создания, обладающие бог знает какими способностями.

Сложив ладони вместе, я молюсь за Калеба, надеясь, что он победит и найдет меня, как и обещал.

В то же время невольно задумываюсь о том, кто мог послать за мной горгулий.

Уверена, все сразу скажут, что это Амон. Но почему же я в это не верю?

Услышав шелест листьев, я напрягаюсь, и тут до меня доходит, что их четверо.

Четверо против одного.

Боже милостивый, как Калеб выстоит против четырех тварей?

Я вдруг представляю его, поверженного и израненного, и виню себя за свою беспомощность. Я не только оказалась в центре конфликта, в котором не хочу участвовать, но и понятия не имею, как защитить себя.

И какой толк от моей силы? От этих целительных способностей? В открытом бою они совершенно бесполезны.

Время уходит, а я все сильнее впадаю в отчаяние, прижимаясь к упавшему бревну.

Внезапно глухой стук привлекает мое внимание, и я, собравшись с духом, осторожно вылезаю из своего укрытия, чтобы посмотреть на расположенную впереди поляну.

Но там ничего нет.

Решив, что это какое-то животное, я делаю глубокий вдох и возвращаюсь на прежнее место. Но как только поворачиваюсь, сталкиваюсь лицом к лицу с уродливой тварью.

Горгулья стоит в нескольких шагах и изучает меня своими красными глазами, раздувая ноздри от ярости.

Кожа – землисто-коричневая с пепельным отливом, а крылья как у летучей мыши, только в сотни раз крупнее.

Тварь издает громкий вой, и я понимаю, что она только что сообщила своим сородичам о моем местонахождении.

Тяжело сглотнув, я поднимаюсь на ноги и нащупываю на земле палку покрепче, чтобы использовать вместо меча. Но, даже находясь на грани жизни и смерти, я не могу удержаться от смеха.

Ситуация просто абсурдна. Передо мной существо с непробиваемой шкурой, а я размахиваю… веткой?

Впрочем, это не имеет значения, потому что я собираюсь биться до конца. И не отступлю только из-за того, что плохо подготовлена или не подготовлена вообще.