Господин прокурор - Катерина Траум Страница 188

— Снись мне каждую ночь… пожалуйста, – хрипло выдохнул Киллиан.

Мелко вздрагивая, он уснул через три ровных глубоких вдоха. Сирень и мята. Его неизменная путеводная звезда в любом безумии и любой боли.

— Обещаю, – прошептала она, хотя он и не мог бы услышать настолько тихое слово.

* * *

Первая ночь в госпитале была кошмаром. Киллиан просыпался каждые полчаса, если не чаще. Его колошматило, подбрасывало на койке, выгибало дугой. Несколько раз он едва не задохнулся. Пейдж старалась как могла: обнимала, баюкала, пела и усыпляла до следующего приступа боли. Ей почти не удалось поспать, но к утру, когда Киллиан немного забылся, уже нужно было приниматься за дело.

Помог доктор Лэйк: ему идея сразу пришлась по душе, и он дал все разрешения. В палату втащили и поставили у окна небольшой письменный стол, а Пейдж тут же разложила там все папки и письменные принадлежности. Кофе временно заменила на чай: поврежденному мозгу точно не нужны были лишние возбудители. Оставила завтрак на подносе и по наставлению доктора Лэйка предусмотрительно поставила рядом с койкой ведро – он предупредил, что с едой может быть непросто. Непросто будет каждую секунду: кто сказал, что ставить на ноги человека после контузии легко? Но если Киллиан посмел усомниться в том, достаточно ли у нее сил на это… то он просто плохо ее знал.

После тяжелой ночи его и впрямь выключило надолго, и проснулся он только часам к десяти, когда Пейдж уже сосредоточенно заканчивала писать от руки протокол по вчерашним событиям. Услышав, как он заворочался на постели, она повернулась на стуле и улыбнулась:

— Доброе утро, мистер Лэйк. Чашку чая?

Киллиан растерянно моргнул, уставившись на нее неверящим взглядом. Да, наверное, увидеть ее сейчас, в свете утреннего солнца среди кипы бумаг, было сродни возрождению динозавров – на грани невозможного.

— Что… о нет! – Он с силой зажмурился и снова открыл глаза, будто желая, чтобы этот образ исчез. – Все-таки началось. Тебя здесь не может…

— Может, – усмехнулась Пейдж его отрицанию и встала со стула, чтобы в два шага подойти к койке и склониться над ним с мягкой улыбкой. – Я здесь.

И прежде чем он смог увернуться, она прильнула к его губам в легком поцелуе. Киллиан шумно выдохнул, правой рукой потянулся к ее волосам и знакомым жестом запустил пальцы в кудри, сжимая их и будто пробуя мягкость прядей:

— Так ты мне не снилась…

Не вопрос, а неуверенное заключение сиплым голосом. Пейдж нашла его взгляд и как можно более серьезно заверила:

— Я абсолютно настоящая. Так что, мистер Лэйк: чашку чая, позвать врача для перевязки или все-таки начнем работу?

— Работу?

— Еще бы! Господин коронный обвинитель, в вашем городе целая куча преступников, по которым плачет виселица! – стараясь не рассмеяться его растерянности, продолжила Пейдж завлекать его любимым делом, резво подскочив к столу. – На свободе подрывники и их хозяин Джерри Лайленд, Азазель с братцем и, самое главное, судья Уэстбери. А вы тут что, решили прохлаждаться на протяжении нескольких месяцев и отдать наше дело, ради которого мы оба столько раз рисковали жизнями?

Она возмущенно сложила руки на груди, стреляя глазами в его сторону и ожидая реакции. Пробуждения.

Киллиан опустил голову, с сомнением пробормотав: