Князь реки - Юлия Давыдова Страница 19

Иван остановил коня, приветственно поднимая руку. Воин ответил тем же.

— С возвращением! — сказал он. — Все живы?

— Побиты малость, как обычно, — весело ответил князь. — А чем ты порадуешь, воевода Горан?

Данила, услышав имя, вспомнил воина. Двадцать лет назад видел его с воеводой Градимиром. Вот теперь узнал, кто после него этот пост занял.

— Возле стен города ночью ничего не случилось, — меж тем говорил Горан. — Чужих не было, за исключением гостя, конечно. Внутри всё в порядке. Разведчики наши доложились перед рассветом: лес по кругу Рилевы чист.

Доклад был коротким. А после него воевода Рилевы, оглядев купеческий отряд, покачал головой:

— Привёл всё-таки. Не боишься? А если узнают?

— Тогда и бояться буду, — кивнул Иван.

— Мог бы просто проводить до границы и отпустить с миром, — сказал Горан.

— Завтра провожу и отпущу, — пообещал князь. — А сегодня пусть будет у Рилевы много гостей. Один раз можно.

Данила с интересом слушал этот странный разговор. Воевода больше Ивану возражать не стал, поклонился, поприветствовал приезжих людей и, оглядев их с улыбкой, заметил:

— Ты прав, Рилевич, все рады будут.

Иван, не задерживаясь более, повёл гостей в город.

* * *

Улица, мощённая камнем, уходила далеко вперёд. Данила, проехав метров сто, отметил, что направления улиц сохранились, только их не узнать. То и дело возвышались богато украшенные терема, окружённые садами. И всюду множество людей. В воздухе, наполненном стуком молотков, раздавалось:

— Канаты крепче привязывайте! И взяли!

В городе гремела большая стройка. Там и тут поднимали дома, мостили улицы, копали землю под новые сады. Невдалеке в небо поднимались даже строительные башни — высокие сооружения для поднятия брёвен и каменных плит.

Центральная улица упиралась в ещё одни ворота. Возле створок работала целая толпа мастеров с ножами для резки по дереву, кисточками и краской. Расписывали ворота изображениями боевых топоров и цветов луноцвета.

— Иван, Ланита, с возвращением! — раздались голоса.

На лицах людей была истинная радость. Глядя на синяки и потрёпанную одежду парней, кто-то с волнением возмутился:

— Что ж вы себя не бережёте? Вот пропадёте от какого-нибудь гада. Как же мы без вас?

— Не пропадём, — весело откликнулся Иван.

Все посторонились, пропуская всадников в просторный двор. Центральную его часть занимал большой дом, вернее его основание, и высокие стены, окружённые строительными лесами.

Иван внезапно натянул поводья, замедляя коня. Потому что увидел, что на крыльце строящегося дома стоят Фаровль и незнакомый никому человек.

Данила, конечно, сначала с интересом поглядел на целителя. Лицо у Фаровля, как и у всех в его народе, было похоже на оленье — широкий расплюснутый нос, чёрные губы, глаза большие тёмные. А в густых коричневых волосах прятались невысокие ветвистые оленьи рожки. Данила знал, что служат целители в основном в Алавии. Как же этого сюда занесло?

— Так откуда гость? — Иван с явным волнением смотрел на незнакомого человека.

— Если скажу, что из Риправы, танцевать будешь? — спросил Северсвет.

— Буду, — не постеснялся князь.

— Тогда начинай, — засмеялся лаюна. — Из Риправы. Посланник малого совета княжеств Велиречи. Помощник князя Миши и словач. Зовут Байборт.

— А-а-ах! — радостный возглас получился у Рилевича громким и он сразу окликнул своего помощника: — Бава! Давай командуй, чтобы гостей наших ждать не заставлять, лады?