Неудачница из литдорамы - Юлия Буланова Страница 19

Поэтому на набирающую обороты детскую ссору отреагировала я не сразу.

— Арин хочет именно эту энциклопедию, — кричал мальчик — ровесник моего сына. — Мы ехали специально за ней. Отдай!

— Я первый ее нашёл! — Со Хён набычился, обнимая тоненькую книжку.

— Джи Мин, — насмешливо подначивал мальчишку тип в дорогом сером костюме. — Один раз позволишь отобрать своё — потом всю жизнь будешь лишь подбирать объедки. Не хочешь указать этому оборванцу его место? Нет? Может быть мне рассказать твоему отцу, что его сын — жалкий мямля и ни на что не способен?

Мне рожа этого индивидуума показалась смутно знакомой. Но вспомнить, кому она принадлежала, не получалось.

— Дядя Чан, не надо, — хныкала прехорошенькая девочка в голубом платьице.

Точно! Это же Чан Иджан — бывший поклонник Ли Акеми, который так её любил — так любил, что, когда она выбрала Пак Мин Хо, благословил их брак, пожелал счастья и стал другом их семьи. Но в душе, разумеется, продолжал обожать главную героиню.

А мальчик, наверное, Пак Джи Мин. Ну, конечно, конфликт и противостояние нужно начинать ещё в детстве. Ведь это так ново, свежо и совсем не избито. Штамп на штампе. Бесит! Хотя, чему я удивляюсь, прочитав первую часть этого фарса в дорамной обёртке? Где ищу логику и здравый смысл?

И объект раздора тут как тут. Стоит. Глазками хлопает.

Чхве Арин.

Сразу видно: вырастет — красавицей будет. А если ещё и научится мужиками крутить, как это делала Ли Акеми, выйдет из неё настоящий монстр.

Джи Мин схватил моего сына за ворот майки и потянул на себя, пользуясь тем, что у соперника руки заняты книжкой.

— И что здесь происходит? — вопрошаю строго. Прямо, как Ашот Гамлетович, когда не находил на кухне идеального порядка.

— Это книжка Арин! — нагло ответил мне мальчик, впрочем, отпуская моего сына. — Пусть он отдаст! Всё равно такой тупица не сможет её прочитать.

Я вежливо улыбнулась и спросила этого невоспитанного ребенка:

— Он силой отобрал её у Арин, когда она её уже в руках держала?

— Да! — без колебаний соврал сын моего бывшего жениха.

— Нет, — одновременно с ним заговорила девочка. — Этот мальчик первый взял энциклопедию.

— Но почему-то вы почему-то решили, что можете применить силу, чтобы книгу отобрать?

— О, а кто это вылез из своей норы? — с притворной радостью пропел Чан Иджан. — Неужели это Кан Юри? И не стыдно тебе появляться среди приличных людей? После того что с тобой... произошло. Не при детях будут упомянуты твои приключения.

То есть групповое изнасилование бессознательной девушки он считает развлечением? Как это мило. Аж рука зачесалась взять что-нибудь тяжёлое и ударить по этой наглой физиономии. Но переведя взгляд на мужчину, я решила ему тоже улыбнуться. И с улыбкой же произнесла:

— Чан, ты же про себя говорил. Это ты отдал своё и теперь вынужден довольствоваться объедками. На всё готов, лишь бы иметь повод увидеть свою первую и единственную любовь. Даже, заниматься с этим мальчиком, которого всей душой ненавидишь.

— Дядя Чан нас любит! — хныкала девочка, но я одарила её безразличным взглядом.

— Когда любят учат дружить и договариваться, а не провоцируют бессмысленную ссору. Когда любят, учат принимать поражение достойно и идти вперёд, не считая при этом себя неудачником. Не манипулируют. Не запугивают. Не стыдят без надобности.