Родовое гнездо - Эльхан Аскеров Страница 19

— Это откель у тебя такая роскошь? – заинтересовался Григорий, кивая на посуду.

— А самому подумать? – ехидно отозвался Беломир, старательно принюхиваясь.

— Векша отлил?

— А у нас иной коваль в станице имеется?

— А латунь небось та, что тебе от перса возят?

— Она. Иной у нас и не имеется, – развёл парень руками, принимая у женщины кусок пирога.

— Ох, и мастерица ты, Дамира, – с вожделением разглядывая и обнюхивая пирог, вздохнул казак. – От одного духа ума лишиться можно.

— На здоровичко, Гриша, – тепло улыбнулась Дамира. – А чего тебя жена молодая не балует? – тут же поддела она его.

— Сама сказала, молодая. Не умеет она так, – смущённо признался казак.

— Так присылай, научу. Дело нехитрое. Главное, чтобы сама того хотела.

— Так вроде старается, – развёл Григорий руками. – Да только допреж её и научить некому было, сирота.

— Сказано, приводи. Разом выучу, – отмахнулась Дамира, присаживаясь к столу.

— Дозволишь ли, друже? – вдруг повернулся Григорий к парню.

— Глупость спрашиваешь, – фыркнул Беломир с полным ртом. – Знаешь ведь, что в моём дому тебе завсегда рады, – добавил он, сообразив, что означает этот вопрос.

Хоть и хозяйничала в хате Дамира, а хозяином дома всё равно был именно он, а значит, разрешение на приход сюда стороннего человека должен дать именно Беломир.

— Благодарствуй, брате. Тогда завтра поутру и приведу к тебе Юлдуз, – повернулся он к женщине.

— Добре. Я как раз задумала из рыбы чего спроворить. Казаки рыбы свежей откель привезли, – поделилась женщина своими планами.

— Рыба, это хорошо, – одобрительно кивнул Беломир. – Интересно, а где добыли-то?

— Сказывали, в реке ловили, – пожала Дамира плечами.

— А ты с чего такой интерес имеешь? – озадачился Григорий.

— Так привык в детстве с удочкой сидеть, – напомнил Беломир свою легенду.

— И верно, ты ж у моря жил, – понимающе кивнул казак.

Они уничтожили по солидному куску пирога и перешли к простому питию чая, когда казак вернулся к тому, с чего начал.

— Друже, ты, выходит, гор прежде не видал никогда? – спросил он, окидывая парня задумчивым взглядом.

— Видал, – коротко ответил Беломир. – В наших местах горы имеются. Не такие как тут, а всё одно есть.

— И в чём разница? – не понял казак.

— Там горы холодные. Завсегда снегом укрыты. По ним, как тут, не пройдёшь. Вроде и снег везде, а пройти мало где можно. Так что, видал я горы, и не раз.

— От оно как, – почесал Гриша в затылке. – Выходит, и по скалам лазать умеешь?

— Ну, кое-какое умение имеется, – осторожно признался Беломир, припоминая курс армейской подготовки.

Хоть и был он водителем, а в учебке их обучали всему, что могло помочь солдатам выжить в условиях горно-лесистой местности. В том числе и правильно вязать узлы для подъёма на скалу. Так что сказал парень чистую правду, умолчав только о том, что изучать ему пришлось вот эти самые горы. Кавказские.

— А с чего такой спрос? – удивился он.

— У горцев замятня какая-то начинается, – негромко отозвался казак. – Вот и думаю, самому туда идти или тебя с собой звать.

— Тяжко одному придётся, – помолчав, проворчал Беломир.

Фраза эта прозвучала после того, как он вспомнил, что охотиться характерникам после оборота нельзя. Все действия в ином теле они могли проводить только голодными или питаясь человеческой пищей. Откуда взялось такое ограничение, Беломир не понимал, но рациональное зерно в этом имелось. Что ни говори, а животное начало в человеке гораздо сильнее, чем принято считать. Так что, поддавшись инстинктам, человек вполне может оказаться по ту сторону нормальной жизни.