Сколько волка ни корми - Карина Володина Страница 195

— А-а-а, волк мою бурёнку увёл!

— Да на кой нам их бурёнки сдались?

— Да нам что, оленей мало?

— Тихо, – шикает на них Зима. – Лесьяра вперёд выступила!

И правда – выступила.

И вспыхивает молния недалеко от Врана, и освещает во мраке ночи Лесьяру – и прошивает Врана не молния, но взгляд Лесьяры острый, испепеляющий. И гремит гром – и не удивится Вран, если молнию эту с громом сама Лесьяра и вызвала. Не пожалела для Врана чуда своего – лишь бы в очередной раз отношение своё к нему показать. Припугнуть, может.

Что ж, удачи ей. Давно уже на Врана запугивания её не действуют.

— Итак, – громко и спокойно говорит Лесьяра. – Белые болота.

Стихают шёпот и смешки на склоне холма мгновенно – то ли от вспышки молнии, то ли от самой Лесьяры. Тут уж, конечно, нечего Врану сказать: самая статная она среди других лютиц верховных, самая величавая, держится так, что ни на какие разговоры пустые не осмелишься, пока она говорит.

Говорит Лесьяра, что нет волчат новых в племени, но вот-вот появятся – у Снежи. Хорошо.

Говорит Лесьяра, что один волк и одна волчица в лес вечный ушли – Солн и Чая. Хорошо… хотя для родного племени Солна, видимо, не очень – ахает кто-то за спиной Врана, разносится всё-таки по рядам лютов печальный шёпот. Любили Солна в его племени. Гораздо больше, чем в племени Лесьяры.

Говорит Лесьяра, что никто никому мужем и женой не стал, на Врана всё тем же ледяным взглядом глядя.

И происходит чудо настоящее, не то что молния эта паршивая: находит Врана Бая в одно мгновение глазами. Словно всегда знала, где он стоит. Словно сама украдкой на него поглядывала, когда он на миг к друзьям отворачивался.

И качает Бая слегка головой, Врану в глаза смотря: нет. Не вмешивайся. Не обращай внимания. Не надо.

Так что же это значит, с тоской Вран думает, и всё на этом?

Коли Лесьяра, как обычно, через него переступила – то и Бая следом шагнёт, взглядом его лишь понимающим и утешительным одарив?

И что дальше Лесьяра придумает? Может, скажет через несколько лет Бае: а теперь давай-ка мы тебе, дочь моя старшая, настоящего волка в мужья найдём?

И не сможет Бая ничего сделать, кроме как на Врана тем же взглядом предостерегающим посмотреть?

Говорит Лесьяра вдруг, что кое-что важное ей жители водные перед солнцеворотом сообщили.

Говорит Лесьяра вдруг, что пришли к ней предки во сне в ночь солнцеворотную.

Говорит Лесьяра, что что-то важное Травный ей сказать хотел. Пытался. Но неразборчива речь его была – возможно, из-за непривычности места.

Говорит Лесьяра, губы в сухой улыбке растягивая, Врана стужей глаз своих обдавая, что, тем не менее, есть у неё в племени кое-кто, кто уж наверняка недомолвки все Травного прояснить сможет.

И ещё ниже, ещё стремительнее всё у Врана вниз ухает. Как на ногах удерживается – сам не знает.

Говорит Лесьяра:

— Вран из Сухолесья. Не окажешь ли нам честь?

Вран из Сухолесья.

Сухолесья.

Сухолесья.

Озадаченно Бая брови поднимает, с недоумением на мать смотрит: не знает. Не сказала. Травный во сне пришёл… жители водные сообщили… Приберегла Лесьяра всё для мига этого, не стала Бае раньше времени обо всём рассказывать – хотела, чтобы не только перед Баей, не только перед одним племенем, но перед всеми племенами Вран ответил за содеянное.

А может, всё-таки и впрямь не так уж разборчивы слова Травного были…