Развод. Сбежать от альфы - Алиса Буланова,Элис Карма Страница 2

— А вы, простите, кто?! — в голосе Павлова слышится претензия.

— Артём Архангельский, — парень протягивает ему ладонь для рукопожатия, но тот делает вид, что не заметил.

Вскидываю брови изумлённо. Архангельский — один из самых известных современных художников в стране. Его последняя картина была продана на аукционе во Франции за триста тысяч евро. Слышала, что Архангельский избегает светские мероприятия. И вообще, ведёт очень скрытный образ жизни. Именно поэтому я и не узнала его сразу. Так значит, он всё-таки согласился преподавать у нас в школе? Взволнованно пожимаю его руку. Артём ловит мой взгляд и сдержанно улыбается.

— Рад с вами познакомиться, Ольга Николаевна.

Не знаю почему, но меня охватывает дрожь. Как если бы я была обычной омегой и вдруг встретила привлекательного альфу. Усмехаюсь про себя такому сравнению. Как же глупо. Во-первых, потому, что я не могу знать, что чувствуют обычные омеги. Ведь я больна с раннего возраста. Во-вторых, Артём Архангельский — человек, а не оборотень. Он из совершенно другого мира, с которым мой редко пересекается. И всё же на эти несколько секунд, что мы смотрим друг на друга молча, мне становится очень хорошо. Это странно и опасно, но я позволяю побыть себе в этом, сколько могу.

Мы о чём-то говорим с ним. Вероятно, об искусстве, а может быть, о школеи преподавании. Голова идёт кругом от восторга. Я отчаянно сдерживаю улыбку и добрую часть комплиментов, что приходят мне на ум. Не хочу, чтобы кто-то подумал, что мы флиртуем. И флиртовать с Артёмом не хочу, потому что знаю, что это бесполезно. Не хочу, но всё равно выходит, что флиртую. Благо эти хамоватые альфы наконец-то оставляют нас в покое.

— Пожалуйста, не обращайте внимания на них, — произносит Артём, глядя им вслед. — Вероятно, они просто плохо воспитаны. В любом случае они ничего не знают ни о детях, ни о деторождении.

Холодок пробегает по спине. Я бы предпочла, чтобы мы вообще не касались этой темы. Архангельский нравится мне как художник. Он часть богемы. И я бы предпочла, чтобы он остался таковым в моих глазах. Сближение с кем-то, даже таким симпатичным, может привести к разочарованию.

— Говорите так, будто сами что-то знаете об этом, — усмехаюсь я. Артём смущённо улыбается.

— Ну, вообще, у меня сын, — произносит с нежностью. Ощущаю укол ревности в груди и накрывающее следом за ним разочарование.

Так он женат?.. Тяжёлый вздох срывается с губ. Сама себе удивляюсь. И чего это я раскисла? Выглядит так, как будто я и вправду планировала удариться в роман с Архангельским. Очнись, Ольга! Он человек, а ты оборотень! Ваши миры никогда не пересекутся…

— Ох, рада слышать, — отвечаю я неловко. — Что ж, приятно было познакомиться! И спасибо, что приняли наше предложение. Это очень ценно для меня…

Я спешно жму ему руку и ухожу. О последней фразе жалею. Зачем я это сказала? Какое ему вообще дело, как я отношусь к его творчеству? На наше сотрудничество это в любом случае не повлияет.

В груди всё ещё тяжесть. Сердце бьётся так быстро. Хоть я и попрощалась с ним, но всё равно продолжаю искать его глазами среди гостей церемонии.

— Вот ты где? — звучит голос мужа позади.

Выдаю ещё один разочарованный вздох. Пусть я и не могу уловить на нём чужие омежьи феромоны, но вот аромат незнакомых духов учуять вполне способна. Значит, вот в какой «пробке» он застрял? И почему я не удивлена?