Город Порталов Планета Сунне-Твеген - Владимир Гудыменко Страница 2

С противоположного торца, подчеркивая свой статус и родственные узы, грациозно устроилась единственная любовь Дарвина – Алетта. Справа от нее находилась детская, где младшие члены клана сидели за отдельным столом, а слева располагалась кухня, в которой трудились нанятые повара. Благодаря такому расположению Алетта могла одновременно присматривать за детьми и следить за ходом застолья. Забота о малышах и уверенность в том, что все под контролем, наполняли ее душевным спокойствием.

Неизменным фаворитом южных застолий был самогон из кактуса опунции – жгучий пятидесятиградусный напиток. Первый тост произнес Хаксли, отметив в неспешной речи важность преемственности для клана и ответственность, которая ляжет на того, кто продолжит дело Дарвина. Именинник залпом опустошил украшенную гравировкой рюмку и, чтобы погасить острое послевкусие алкоголя, съел обжаренную во фритюре личинку древесного жука. Гости последовали его примеру, проявляя уважение к главе клана. Стол ломился от угощений – фруктов, овощей, насекомых и личинок. Особенной популярностью пользовались жареные скорпионы.

Второй тост произнес Гальтон, огласив теплые пожелания имениннику. По традиции слово передавалось всем братьям именинника по старшинству. Отсутствие Фарадея позволило выступить третьим Крафту Он, следуя обычаю гоминоидов, не стал пользоваться приборами и зачерпнул розовых червей рукой – символ единения с природой. Сжав рюмку, Крафт произнес:

–За того, кто дал мне все, когда другие пытались отнять. За друга, наставника и учителя – Дарвина! До дна!

Не желая пренебрегать порядками южан, Крафт вскоре вежливо попрощался, сказав, что служба в Тайной полиции не позволяет ему засиживаться. Алетта как радушная хозяйка обняла его у дверей. Дарвин оставался внешне спокойным, но все сильнее тревожился.

–Не время! Я все исправлю!– повторял он мысленно. – Сегодня решится моя судьба.

Фарадей, его восемнадцатилетний брат, уже окончил Научно-исследовательский Институт округа Гейт. Его манило изучение Электрума, тогда как отец Роберт и старший брат Дарвин хотели, чтобы он посвятил себя науке, а не бессмысленной охране Портала, который не открывался много лет. Согласно законам Объединенного Блока Наций планеты «Сунне-Твеген», через Портал разрешалось перемещаться только ради добычи Электрума. Но Портал исчезал внезапно и непредсказуемо, в последний раз – сорок лет назад.

Фарадей был обделен физической силой своих братьев, зато обладал острым не по годам умом. Природная замкнутость мешала ему делиться своими уникальными идеями в области физики, и единственным, кто понимал юношу, оставался брат Гальтон. Отстранение от службы не сильно расстраивало Фарадея, но лишало его возможности увидеть Портал, если тот вновь появится.

Понимая, что большая часть гостей уже поздравила Дарвина и что ему, скорее всего, удастся избежать публичного тоста, Фарадей направился к себе домой.

Определить время на планете с двумя солнцами без электронных часов было практически невозможно. Единственным признаком вечера в южной части мира служили затемнённые крыши и окна домов, изготовленных из стекла и песка – главных строительных материалов в краю, где пустыни покрывали около семидесяти процентов суши. Почти неисчерпаемая энергия Электрума позволяла делать крыши и окна из энергопроводимых кристаллов, способных выводить любую визуальную проекцию и надёжно защищать обитателей от палящего солнца без дополнительных затрат.