Отражения - Анюта Соколова Страница 20

— Лучше так, чем вы будете постоянно задирать друг друга у меня на глазах, – буркнула я. – Что нашло на Реуса, ума не приложу! Сдержаннее и вежливее я не знаю никого в обоих Отражениях!

— Возможно, я ему не понравился, – криво усмехнулся Скэй.

— С чего бы это?! – возмутилась я. – Нормальный парень, одарённый, воспитанный, тактичный!

Кажется, Скэй смутился. Громко сглотнул и не нашёлся, что сказать. Я же уже быстрым шагом подходила к особняку Лиори, на этот раз направляясь не к парадному входу, а к неприметной дверце со стороны сада.

На мой стук открыла Мáди, девушка глуповатая и добродушная, но прекрасная кухарка, преданная своему господину, словно дерх.

— Арианна Ивэр! – воскликнула она, заламывая руки. – Горе-то какое! Хозяина убили!

— Мади, не на улице, – я почти силком втащила её в дом. – Ты здесь одна? Где остальные слуги? Почему утром и сейчас мне открыл не Ро́би?

— Так хозяин услал всех в загородный дом, – запричитала Мади, – вечером ещё! Сказал: «Отправляйтесь, приберитесь хорошо в комнатах, дерхов выгуляйте, завтра к обеду приеду!» Áлек с Роби и укатили, и Сéйку забрали. А я, глупая, думаю – как же хозяин утром встанет, кто ж ему шекса сварит, булочек спечёт? Тайком и осталась. Утром выхожу – а в доме стражи рыщут, ковры истоптаны, мебель чем-то липким испачкана, пахнет премерзко… Арианна Ивэр, вы уж не гневайтесь, что имущество ваше не уберегла!

Я закашлялась.

— Мади, ты о чём?

— Как о чём? Хозяин последнее время всем наказывал: если с ним чего случится, мы проследить должны, чтобы вам всё честь по чести перешло. У него дальней родни – дерх не перетопчет, при жизни сторонились, мошенником звали, прощелыгой, а после смерти, говорил он, сбегутся, начнут воровать почище… Арианна Ивэр, госпожа! В ноги кланяюсь, не гоните взашей, дозвольте остаться на первое время, пока новое место не найду! И за домами присмотреть надо, пока покупателя не найдёте! Господин повторял – хоть и рухлядь старая, а всё детке копеечка будет, продаст, добрым словом помянет.

Мне пришлось отвернуться, скрыв заблестевшие глаза.

— Значит, это правда, – тихонько выдохнула я. – Старый ты плут! Я же думала, ты шутишь… Мади, – мягко обратилась к кухарке, – не расстраивайся. Никуда не выгоню, оставайся, сколько потребуется. И на стражей не сердись, у них служба такая, они люди подневольные. Скажи-ка мне: а не видела ли ты среди утренних визитёров рыбоглазого такого? Невзрачный, невысокий, снулый и рот всё время кривит.

— Видела, – без раздумий откликнулась Мади. – Подумала ещё: странный какой-то. Остальные толпой по всему дому шастали, по полу ползали, в спальне рылись, в гостиной, а этот всё в кабинете ковырялся, и рыжий дурень с ним.

— Почему дурень? – подал голос Скэй, до того молча и жадно слушавший.

— Так разве с большого ума под защитные знаки лезут? Даже дети грудные знают – где ладонь светящаяся горит, туда не суйся! А рыжий раз полез, шарахнуло его, второй напоролся – и всё без толку! В третий так приложило его, отлетел аж! И где у нас в Мерелии Два такие оболтусы водятся, скажите мне!

Мы со Скэем одновременно посмотрели друг на друга.

— И законов пучеглазый не знал, – протянула я.

— И госпожой тебя упрямо именовал, – поддакнул напарник.

— Жаль, не посмотреть личные дела служащих департамента, – вздохнула я. – Из секретного отдела, где не особо часто ходят в Отражение.