Альтернатива - Александр Журавский Страница 203

— Все образуется. В твоей семье типичная проблема отцов и детей.

— Откуда тебе знать?

— Из русской литературы. Или это неделикатный намек, что у меня нет детей?..

Внезапно дверь отворилась, и полоска света легла на общавшихся в полутьме людей. В дверном проеме появился заспанный Геймер:

— О господи! – проговорил не ожидавший кого-то увидеть Геймер. – Я только за водой.

Взяв бутылку, на выходе айтишник не удержался от язвительного комментария:

— Ребят, ну вы прямо как в плохом шпионском романе. Брутальный герой, девушка-агент, разговоры при свечах накануне операции…

— Шел бы ты спать… литературный критик, – невозмутимо, но с легким нажимом в интонации порекомендовал Кирилл.

— И дверку прикрой, чтоб уши не просквозило… Перед операцией, – добавила с обворожительной улыбкой Ева.

Геймер капитулировал, но, укрываясь электропледом, никем уже не слышимый, желчно завершил диалог собственным вердиктом:

— Чем больше узнаю женщин, тем сильнее ценю игры.

Глава 79

Двойной агент на исповеди

— Зачем тебе револьвер? – спросил юноша.

— Чтобы научиться доверять людям, – отвечал англичанин.

Пауло Коэльо

Недалеко от штаб-квартиры MI-6 в закрытом клубном помещении ресторана, традиционно использовавшегося для конспиративных встреч с агентами, Клайв пил утренний кофе по-турецки. Он расположился в комфортном кресле в стиле чиппендейл с ножками-кабриолями. Перед шефом британской разведки на столике лежала папка, переданная накануне встречи помощником по резидентуре. В ней находилось сообщение от агента 18, который теперь сидел напротив своего работодателя.

— Весьма любопытный состав группы русских коммандос. Но главное – кто их возглавляет! В одном лице зять главы ГРУ, кровник нашего Нестора и сын полковника Ратникова, – плотоядно улыбался Клайв, растягивая удовольствие от кофе и полученной информации. – Это просто мечта драматурга! Жизнь – лучший романист. Мы обязательно должны взять Ратникова-младшего живым.

— Верю в сноровку сотрудников британских спецслужб, – ответил агент.

— Не нужно дистанции, Ева. Это и твоя задача. Только ты знаешь Ратникова в лицо, для нас он остается призраком.

— Никогда не жаловалась на заниженную самооценку, но сейчас она пробила верхнюю границу шкалы. Мне платят как агенту разведки, а не как ликвидатору диверсантов. Слабо без помощи хрупкой поэтессы справиться с четверкой русских офицеров многотысячному штату MI-6, ЦРУ, Скотленд-Ярда и Секретной службы американского президента с бюджетами под сотню миллиардов долларов? Или все так испугались «русского призрака»?

— Уж не влюбилась ли ты в этого супермена?

— Уж не заняться ли каждому своим непосредственным делом?

— Вот как, – разочарованно и раздраженно отреагировал Клайв, поставив пустую кофейную чашку на столик. Он пристально смотрел в глаза Евы, и лидары его сузившихся зрачков сканировали причины бунта. Ева не отводила глаз. Клайв продолжил диалог самым неожиданным для агента образом, начав цитировать стихи в оригинале:

– Клянемся им всем русским гением,

Что мученикам и героям

Победы одухотворением

Мы вечный памятник построим.

Ева по-прежнему смотрела прямо в глаза Клайву. Внешне лицо ее было спокойным и бесстрастным, только скулы обострились.

— Неужели ты думала, что я не знаю финальной строфы стишка вашего Пастернака? Или не в курсе убийства Нестором твоего Ильи? Или твоих пророссийских взглядов? Как можно недооценивать британский пытливый ум?