Зови меня Волком - Лина Славянова Страница 208

Клушкин двор был уставлен мешками и бочками. Клетки с живыми курами стояли рядом с мешком, куда скидывали забитую мороженую птицу. Два мужика в распахнутых тулупах и серых кафтанах стояли у крыльца и глядели на входящих. Третий сидел на ступенях, зябко кутаясь в Клушкину шубу, царапал обломком пера на длинном свитке.

— Как звать? – громко спросил он, не поднимая глаз.

— Влаксан, – ответил Волк.

Двое других гонцов обеспокоенно зашептались.

— Влаксан… имя-то какое. Откуда?

— Из Награя.

— От как? – шепнул один другому и выкрикнул, – Что же ты, Влаксан из Нагаря, в Гратском княжестве забыл?

— Живу я тут.

— Из Наг-рая, – медленно диктовал себе под нос писарь. – Местные говорят, что пришлый ты.

— Пришлый, – согласился Волк и пояснил, – из столицы.

Писарь поднял глаза. Один из приятелей за его спиной тихо сказал:

— Я говорю, видал его!

— Скажи, не ты ли княгине служил? – придирчиво всматриваясь, спросил второй. – А то был у них в дружине охранник княжий с таким же шрамом, – он указал на свою щёку.

— Так и есть.

— И что же ты?

— В Грату мне надобно.

Все трое переглянулись:

— Коли надо, довезём тебя. Варёк, вычеркни его. Не пойдёт он в войско. Княгиня сама решит, куда его. Не нашего порядка дело. Только гляди, вещей много не утащим, у нас вон, – он указал на стоящие вдоль забора мешки.

— Всё моё на мне. Не переживай.

Двое гонцов перешептались, и, косясь на Лану, объявили:

— Выезжаем завтра утром. Гляди, не опоздай.

— Иди давай, – помахал в сторону калитки другой гонец. – И ты ведьма тоже.

Волк шагал по сугробам Дючка, а мысли уже несли его в Грату. Перво-наперво разыскать Косого. Если Инг может запрятаться в дружине, то Косого туда в жизни не возьмут. Перерезать глотку этому подлецу, отыскать Инга и всадить ему стрелу в шею! И в глаз! И в сердце!

— Быть беде, – тихо причитала Лана, шагая рядом.

— Почему?

— Не к добру всё это. Ты видел, как они шептались? Что-то задумали. Они тебя боятся.

— Меня многие боятся, – пожал плечами Волк. – Не все, правда, знают об этом. Ты слышала байку гусляров о проклятии Брониимира Жестокого?

— В Дючке гусляры не частые гости, – отмахнулась Лана, сворачивая к дому. – Я тебе соберу в дорогу.

— Не надо.

— Почему?

— Я пришёл сюда ни с чем, не заработал ни толики.

Лана отворила дверь в сени и уже из дома крикнула:

— Считай, это мой подарок.

Волк вошёл следом:

— Ты слишком щедра.

— Хорошему человеку приятно помочь, – грустно улыбнулась Лана.

Волк с силой захлопнул дверь. Громко звякнули засовы, и темнота с тишиной обрушились на сени:

— Пойми же ты, наконец! – прорычал Волк, – Я не хороший человек!

Лана растерянно отступила:

— Но я вижу…

— Ты видишь то, что хочешь видеть! Это ты хороший человек. Оттого и видишь всех вокруг хорошими и добрыми. Я подлец, предатель, лжец!

— И что? Все мы бываем подлыми, но это не значит…

— Лана, пойми же ты: я преступник! И вот они как раз это поняли.

Лана резко собралась, её тело и голос, словно сталью налились:

— Нет, это ты пойми. Я знаю, кто ты. И я вижу, кто ты. Если бы тебе мои глаза и уши, тебе мои чувства, ты бы тоже понял, где эта граница зла и добра.

Лана скинула валенки, тулуп и платок и вошла в дом. Её щеки пылали от негодования, а глаза искрились злостью. Волк зашёл следом и, осторожно подбирая слова, заговорил: