Магия, кот и одна незадачливая бухгалтерша - Анна Денисова Страница 21

— Слеза единорога? — переспросил Муртикс. — Серьёзно?

— А что, бывают?

— Не знаю. Лира про единорогов никогда не рассказывала. Думаю, это из легенд.

— Тогда почему она записала?

— Мало ли. Может, верила, что найдет когда-нибудь. Лира была мечтательницей.

Я задумчиво посмотрела на дневник. Для меня, бухгалтера, привыкшего к чётким цифрам и понятным операциям, эти рецепты были как китайская грамота. «Добавить слезу единорога» — это тебе не «дебет 60 кредит 51» с конкретной суммой.

— Муртикс, — сказала я, — а у вас есть стандарты? Ну, типа: в одном рецепте «щепотка» — это сколько граммов? «Капля» — это миллилитры? «Помешивать до молитвы» — это по времени сколько?

Кот посмотрел на меня как на умалишённую.

— Какие граммы? Какие милли... чего? Лира всегда на глаз делала. Щепотка — это сколько между пальцами поместится. Капля — сколько с кончика ножа капнет. А молитва — это молитва. Пока читаешь, столько и мешаешь.

— То есть у вас даже системы измерений нет? — ужаснулась я. — Как же вы не перепутаете ничего?

— А мы не путаем, — гордо ответил кот. — У нас чутьё. И нюх. Лира всегда нюхала зелье в процессе и понимала, готово или нет.

— Нюхала? — я представила, как целительница нюхает кипящее варево. — А если оно ядовитое?

— Тогда не нюхает, — логично ответил Муртикс. — Сначала проверяет на мышах.

— На мышах?!

— Ну, не на домашних, конечно. На диких. Ловит мышь, поит зельем и смотрит, что будет. Если мышь сдохла — зелье не готово. Если бегает — можно людям давать.

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула. Мир, в который я попала, с каждым часом удивлял меня всё больше и больше.

— Ладно, — сказала я, открывая глаза. — Будем разбираться. Давай-ка поднимемся наверх. Мне нужно это всё систематизировать.

Мы выбрались из подпола. Я уселась за стол, разложила перед собой свои записи и Лирин дневник. Муртикс устроился рядом, внимательно следя за моими действиями.

Я взяла чистый лист и начертила таблицу. Слева — «Ингредиенты», справа — «Зелья». Посередине — «Количество» и «Примечания».

— Что ты делаешь? — спросил кот.

— Систематизирую, — ответила я. — Смотри. Вот у нас есть ингредиенты. Мы их переписали. Теперь мы должны понять, какие зелья из них можно сделать. И сколько. Чтобы знать, чего у нас много, а чего мало и нужно докупить.

— Докупить? — переспросил Муртикс. — Это ты у кого купишь?

— Ну... у травников, наверное. Или в лесу собрать.

— А, ну да. Только в лесу собирать надо уметь. Лира умела. А ты?

— Научусь, — твёрдо сказала я. — Пока будем исходить из того, что есть.

Я начала выписывать рецепты из дневника, раскладывая их по ингредиентам. Получалось медленно, потому что почерк Лиры был ужасным, а рецепты сложными. Но постепенно таблица заполнялась.

— Так, — бормотала я. — Отвар от кашля: требуется мать-и-мачеха, чабрец, корень солодки. Мать-и-мачехи у нас три пучка, чабреца два, солодки один корешок. Значит, можем сделать... ну, если на один отвар уходит по щепотке всего, то примерно... двадцать порций? Нет, надо пересчитать в граммы, но где их взять...

Муртикс смотрел на мои каракули с выражением глубочайшего недоумения.

— Ты что, всё это запоминаешь? — спросил он наконец.

— Записываю. Чтобы не забыть.

— А зачем? Лира всё в голове держала.

— Я не Лира, — напомнила я. — Я бухгалтер. Я привыкла, чтобы всё было записано, посчитано и разложено по полочкам. Иначе у меня в голове каша.