Спящие боги - Ульяна Черкасова Страница 214

Мёрфи резко поднялся с ящика, явно не желая продолжать разговор.

— Кстати про покой: отдохните. – Он вышел из отсека, и остальные последовали за ним, глядя вслед. – И забудьте про Маб. Она уже не ваша проблема.

— Мы должны найти её… – упрямо произнесла Вив, хотя по-настоящему, искренне, она уже не знала, что она должна делать и не понимала, куда идти.

Мёрфи прошёл к трапу на верхнюю палубу.

— В любом случае шторм затянется надолго. Отоспись, чародейка, – посоветовал он. – И вы двое.

Он задержал взгляд на Мелюзине, дёрнул уголком рта и, резко отвернувшись, взбежал вверх по трапу.

КОРВУС

о. Брюфомор, г. Ардри

1239 г. от Золотого Рассвета

31-й день месяца шёпота волн

Золотая нить звенела от натяжения. Она тянулась из груди так, что сердце рвалось на лоскутки, и Корвус схватился за неё обеими руками. Обожгло ладони. Из груди вырвался крик. Но он не отпустил, потянулся следом, упал на колени, и утоп с головой в чёрной крови, нырнул в скверну и провалился в ледяные воды.

Море поглотило целиком, перемололо и тут же выплюнуло на палубу корабля.

Всё резко изменилось, точно ничего и не случилось.

Корвус прижался спиной к деревянной потёртой стене. Одежда промокла насквозь, прилипла к коже. Под ногами собиралась вода. Палуба раскачивалась. Мир вокруг сжался до крошечной точки, где остались только сам Корвус, пятачок палубы под ним и Вив.

Она сидела рядом, прижавшись плечом к его плечу. Волосы промокли, потемнели и походили на водоросли. Кожа казалась белой, почти фарфоровой на контрасте с мрачной синевой одеяния.

Капли влаги, точно жемчужины, собрались на замёрзших приоткрытых губах. Она вжала голову в плечи, обвила себя руками и вдруг резко повернулась и глянула исподлобья. Глаза расширились, но она не вскрикнула, не убежала, напротив, оцепенела, слегка приоткрыв рот.

— Ты, – произнесла она, не шевеля губами.

Голос прозвучал глухо и скрытно, будто Корвус был её самой большой и постыдной тайной. Она дышала рвано и тяжело, но изо рта не вырывался пар. Огромные глаза забегали по сторонам, но сама Вив даже не пошевелила головой. Медленно до неё дошло осознание. И она громко сглотнула.

— Ты… ненастоящий, – прошептала она. – Это всё… сон?

Корвус медленно поднял руки. Пальцы показались странными, чужими, и он поспешно коснулся лица, с дрожью почувствовал целую кожу и длинные волосы, поднёс прядь, чтобы разглядеть, – чёрная. Он снова стал собой, и это казалось странным, ещё более чуждым и непривычным, чем облик Мюллера.

— Это точно сон, – произнёс он.

И, как удар колокола, дошло осознание: его здесь нет.

Он, настоящий Корвус, был вдали от корабля, в теле Мюллера валялся теперь где-то на улицах Малого Ардри. И то, если от тела Мюллера ещё хоть что-то осталось, если он не погиб там, задавленный толпой, лошадьми или Вепрем, и не был поглощён скверной.

Вив сверлила его взглядом, и Корвус изо всех сил делал вид, что ничто происходящее его не тревожило.

Медленно он повёл головой в сторону, оглядываясь. Палуба выглядела совершенно безлюдной, точно они плыли на корабле-призраке и единственные остались в живых. Скрипела мачта, гулял ветер, разгоняя чёрный угольный дым, что поднимался из труб.

Всё это лишь видение, что сцепило их души.

Но холод, усталость, изнуряющая высасывающая пустота внутри – они ощущались настоящими. Как и тепло чужого плеча.