Кулинарная магия: Моя прекрасная повариха. Самый вкусный пирог в мире. Черничная ведьма, или Все о десертах и любви - Лариса Петровичева Страница 216

— В следующий раз возьму ниже, – пообещал я, выпрямляясь. – И подхолощу вас, чтобы вы не лезли к чужим женам.

С улицы доносились охи и ахи, кто-то предметно размышлял, не позвать ли полицейских, которые как раз прошли мимо в сторону пивной. Аврелий растерянно смотрел на меня, зажимая порез на щеке, кровь струилась сквозь его пальцы, и я давно не чувствовал себя настолько счастливым.

— Аврелий, я понимаю, что в зеркале вы скучали, но в Итайне баб, что ли, нет?

Ноздри Аврелия дрогнули, словно он прикидывал, как именно спустить с меня шкуру. Зеваки у дверей решили все-таки позвать полицию – чисто так, на всякий случай.

— Вы, молодой человек, слишком дерзите.

В голосе Аврелия звенел лед.

Я подбросил на ладони последний серебряный ножик и подумал, что если Аврелий захочет, то я сам загоню его себе в глаз. Но он не захочет. Тогда потребуется убегать, скрываться, а этот щеголь не из тех, кто бегает.

— Вы, Аврелий, продолжайте учить мою жену, – парировал я тем же тоном.

Аврелий стиснул губы в нить, провел пальцем по щеке – на месте пореза осталась тонкая розовая полоска.

— Учите ее хорошо, со всем усердием, – продолжал я. – Но если вы попробуете катить к ней бубенцы, то я обещаю, что отрежу их. И скормлю вам. Мне приходилось готовить только бараньи яйца, но я уверен, что не оплошаю.

Аврелий вздохнул. Посмотрел на меня как на идиота, причем опасного. Но он молчал – значит, все правильно понимал и мотал на ус.

— Кстати, – добавил я. – Откуда вы знали, какое именно противоядие мне дать?

Маг выразительно завел глаза к потолку.

— Много лет назад в том лесу жили хищные пауки, – процедил он. – Я подумал, что они вернулись, и создал лекарство именно от паучьего яда… Сейчас вижу, что напрасно я это сделал.

— Глория никогда не будет вашей, – произнес я. – Знаете почему?

— Потому что она порядочная женщина.

Аврелий ответил верно, и я кивнул.

— Вот именно. Надеюсь, вы меня поняли.

Полицейский свисток заскреб по нервам и ушам как раз тогда, когда я вышел из магазинчика. Народ, столпившийся на ступенях, смотрел на меня с искренним страхом.

Интересно, пойдет ли это на пользу моему ресторану?

* * *

Глория

Пирог у Виктора получился в точности таким же, какой пекла я. Вот она, главная приправа и настоящее чудо – люби то, что ты делаешь, и у тебя все обязательно получится так, как надо. Вот и у Виктора все получилось, когда он позволил себе быть собой.

Вернувшись домой – надо же, я считала это место нашим с Виктором домом, – я провела полчаса за его рабочим столом, записывая рецепты. Судя по кипе бумаг, девятый том «Академии кухни» был восстановлен и Виктору пришлось изрядно потрудиться.

Надо же, совсем немного времени прошло с нашего знакомства, а сколько всего успело случиться!

Дописывая очередной рецепт, я невольно задумалась о том, что Бруно молчит слишком уж долго. Или Айзен заговорил и рассказал такое, что ни в коем случае нельзя допускать к этой информации посторонних? Мне невольно сделалось не по себе. Я снова вспомнила Кукловода. Сколько Хотс будет его искать?

Стоило мне подумать о Кукловоде, как висок наполнился нудной пульсирующей болью. Я встала из-за стола, быстрым шагом прошла в ванную, чтобы умыться, и, заглянув в зеркало, увидела, как по коже расплывается темное пятно, похожее на раскинутую паутину.