Помощница антиквара 2 - Амари Санд Страница 22

— Спасибо, Ваше Высочество, — поблагодарила, печально улыбнувшись.

Если бы он только знал…

— Вы слишком бледны, — заметил князь, меняя тему. — Мне доложили, что вас навещал лекарь. Все еще не пришли в себя после событий на Дворцовой площади?

— Не стоит беспокойства, я в порядке.

— Я так не думаю, вам нужно восстанавливать силы. Приглашаю вас в ресторацию. Возражения не принимаются. Позвольте мне загладить вину за резкость при нашей первой встрече?

— Но мой наряд… — неловко поправила простое платье.

— Вы прекрасны в любом наряде, — отрезал он, увлекая меня к выходу из сада.

Ресторан «Медведь» подавлял показной роскошью. Одна только хрустальная люстра, свисающая с высокого потолка почти до пола, чего стоила! Дорогое дерево, лепнина и позолота в отделке, мягкие ковры под ногами — все кричало о статусе заведения и высоком достатке его гостей.

Не успели мы войти, как возле нас вырос официант, принимая у меня плащ и провожая за столик. Из глубины зала доносилась нежная мелодия скрипок, настраивающая на романтический лад.

Павел выбрал место у окна, выходящего на Дворцовую площадь. Символично, учитывая обстоятельства нашей памятной встречи.

Я чувствовала себя не в своей тарелке и не только из-за того, что внешний вид не соответствовал случаю. Тот факт, что ничего не могла рассказать князю о заговорщиках, невольно ставил меня с ними в один ряд. И тогда все наши разговоры о предательстве и доверии превращались в фарс.

Но этого судьбе показалось мало. Нам еще не принесли обед, который Павел заказал на свой вкус, как двери ресторации распахнулись, впуская канцлера в сопровождении ослепительной красавицы в соболиных мехах и бриллиантах.

Заметив нас, Оболенский на мгновение замер. Он шепнул что-то своей спутнице, и та, бросив на меня презрительный взгляд, немедленно удалилась в сторону дамских комнат.

Канцлер направился к нашему столику.

— Какая неожиданная встреча, Павел Алексеевич, — пророкотал он властным басом, от которого у меня внутри все заледенело. — Не ожидал встретить вас в компании моей подопечной.

Я замерла, сжимая в руках салфетку и чувствуя, как удавка потихоньку начинает стягивать шею.

— Рядом со мной Александре Ивановне ничего не грозит. Я лишь хотел справиться о ее здоровье и сгладить впечатление от нашей встречи на Дворцовой площади, — холодно ответил Павел, не поднимаясь с места.

— Ну, разумеется, — Оболенский хищно улыбнулся, глядя на меня сверху вниз. — Однако не забывайте, что император назначил меня официальным опекуном. Состояние здоровья госпожи Савельевой — моя забота. Я вижу, что Александра еще очень бледна. Возможно, подобные прогулки для нее утомительны?

Мое мнение в это разговоре никого не интересовало. Да я и не спешила им делиться, только вздрогнула, когда канцлер покровительственно положил ладонь на спинку моего стула.

— Вы плохо заботитесь о своей подопечной, Владимир Андреевич. Иначе прислали бы ей лучшего лекаря, а не полагались на работу частных докторов. — Павел едко прищурился. — Девушке нужна поддержка и покой, а не ваши наставления. Я лично прослежу, чтобы она получила должный уход.

— Вот как? — Оболенский приподнял бровь. — Похвальное рвение, Ваше Высочество.

— Не рвение, а всего лишь здравый смысл, — отрезал Романов.