Попаданка наоборот - Ольга Барыкина Страница 22

В подъезде пахло вечерней едой, влажной одеждой, чужой жизнью, скрытой за дверями, и где-то сверху доносился детский смех и звук телевизора. Вейра открыла дверь ключом, и почти сразу услышала шаги: первым вылетел Лёша.

— Ты пришла! — вскрикнул он, слишком радостно, слишком облегчённо, будто боялся, что она может снова не вернуться.

За ним появилась Алина, стараясь выглядеть спокойно и равнодушно, но Вейра мгновенно заметила напряжение в её плечах и внимательный взгляд, которым девочка проверяла: трезвая ли мать, в каком она настроении, не случилось ли чего-то плохого. Старая привычка выживания, тяжёлая и неправильная для ребёнка, которая всё ещё оставалась частью её жизни.

— Как Соня? — спросила Вейра, снимая куртку.— Лучше, — ответила Алина. — Температуры почти нет.

Из комнаты выглянула сама Соня — сонная, растрёпанная после дневного сна, всё ещё бледная, но заметно живее, чем вчера.

— Мам… — тихо произнесла она, и голос звучал естественно, будто ребёнок постепенно привыкал к новой версии матери. В груди у Вейры снова неприятно и одновременно тепло кольнуло.

Она поставила пакеты на стол и сразу принялась разбирать продукты: движение и порядок всегда помогали думать спокойнее. Кухня встретила её неожиданной чистотой: раковина была пустой, кружки стояли аккуратно, стол протёрт, пусть и с небольшими следами использования.

— Кто убрался? — спросила Вейра, оглядывая комнату.— Мы! — гордо выпрямился Лёша.— Не «мы», а я в основном, — уточнила Алина, недовольно глядя на брата.— Я тоже помогал! — протестовал Лёша.— Ты две тарелки помыл.— Но помыл же!

Вейра слушала перепалку и впервые в этой квартире слышала не напряжённую тишину и не страх, а обычный детский спор: живой, нормальный, домашний. И это оказалось удивительно приятно.

— Хорошо, — сказала она спокойно. — Значит, система работает.

Дети переглянулись с лёгким недоумением: слово «система» для семейной кухни звучало странно. Но Вейра уже воспринимала дом как маленькое государство, которое срочно нужно было восстанавливать после затяжного кризиса.

Она достала продукты и начала готовить ужин, одновременно рассказывая детям, что её приняли на испытательный срок. Дети некоторое время молчали, а потом Лёша осторожно спросил:

— То есть ты теперь работаешь?— Да.— Как нормальные взрослые?

Алина резко толкнула его локтем:— Лёша!

Но Вейра только спокойно ответила:— Именно так.

Мальчик смутился и опустил глаза, и внутри Вейры неожиданно не появилось ни обиды, ни злости — только тяжёлое осознание того, насколько сильно прежняя жизнь Марины разрушила доверие детей к взрослым.

Пока на сковороде шипели овощи и варились макароны, кухня постепенно снова наполнялась запахами еды, теплом и голосами. Соня сидела за столом, завернувшись в плед, и внимательно наблюдала, будто боялась пропустить момент, когда всё снова станет плохим. Вейра поймала этот взгляд и подумала, что: теперь она отвечает не только за деньги, еду и порядок, но и за ощущение безопасности, за то, чтобы дети перестали жить в постоянном ожидании катастрофы. И это оказалось сложнее любой императорской казны.

Глава 12. Первый рабочий день

Глава 12. Первый рабочий день

Утром Вейра проснулась ещё до будильника. Сон был рваный, неглубокий: организм всё ещё приходил в себя после месяцев, в течение которых Марина жила так, будто собственное тело было чем-то необязательным. Зато голова работала слишком хорошо. Стоило закрыть глаза — и мысли снова начинали перебирать расходы, зарплату, цены, долги, лекарства для Сони, школьные мелочи, зимнюю обувь на следующий сезон и ещё десятки вещей, которые теперь автоматически считались её проблемами.