Развод с драконом. Я вышла за его палача - Виолетта Весна Страница 22

Фрида встретила повозку у ворот. Змей лежал поверх сундука, привязанный к двум дощечкам через полосы ткани. Я сначала развязала его, проверила тонкие рейки и лишь потом взялась за опись.

— Цел? — спросил служащий.

— Да. Спасибо, что закрепили.

— Там крыло за борт цеплялось. Иначе не довезли бы.

Мои платья пахли шкафом в спальне. Я закрыла крышку сундука, не расправляя их.

Тетрадь и повязки лежали в отдельной жесткой сумке. Служащий не отдал ее мне: Освальд должен был принять находки и показать их для опознания. Я проверила, что в описи верно указано место, откуда их забрали, и расписалась за одежду и личные вещи.

Вечером дознаватель пришел на лечебный двор. Тетрадь я узнала еще до того, как он ее раскрыл: нижний угол обложки был обожжен. Прошлой зимой я оставила ее слишком близко к свече.

— Ваша?

— Да.

Освальд дал мне перелистать страницы, а сам записывал даты, которые я называла. Между выдачей полотенец и расходом сушеных яблок нашлись три приезда Лодера. Первый — за восемь дней до обращения, второй — за три. Последний был утром того дня, когда Ян не смог вернуться человеком.

На полях стояла короткая запись: «Не давать сливки». Ян обиделся тогда за завтраком. Я велела убрать с общего стола кувшин, чтобы не дразнить его, и Гердан сказал, что сыну пора привыкать к ограничениям.

Я провела пальцем под строчкой, не касаясь чернил.

— Во второй приезд Лодер задержался до вечера. Пообедал у нас.

— Сам осмотр вы помните?

— Да. Он проверял, как Ян чувствует изменение в руках. Никаких составов при мне тогда не наносил. В первый приезд я не все время была рядом. Вышла, когда принесли белье, вернулась через несколько минут.

— Это я тоже отмечу.

Раньше я постаралась бы вспомнить, сколько именно минут меня не было, и, наверное, назвала бы число. Теперь сказала только то, что знала.

В свертке оказалась одна неиспользованная полоса полотна. На бумаге я узнала свою пометку о ширине: я проверяла заказ перед подготовкой Яна и складывала повязки в этот пакет. Освальд записал мое объяснение.

— На ней тоже могут быть чары? — спросила я.

— Проверят. Чистый остаток нужен для сравнения с тем, что сняли с ребенка. Сам по себе он не доказывает, кто и что сделал.

Освальд вновь закрыл сумку. Тетрадь тоже осталась у него; хозяйственные записи я могла переписать позже.

Я составила последовательность осмотров. В нескольких местах оставила пробелы: я не знала, куда Лодер уходил после второго обеда и что говорил с Герданом без меня.

— Служанка, которая убирала у Яна, подтвердила эти три дня, — сказал Освальд, сверившись с записью. — Ее опросили сегодня в Гроне. Она приносила воду в первый приезд, меняла белье во второй и помогала готовить помещение утром обращения. О содержании ваших разговоров она не знает.

Потом мы поговорили о переезде. Я назвала адрес Фриды. Освальд записал его для суда: после разрешения Эльзы нужно было закрепить новое место пребывания Яна и сохранить ограничения для отца.

— Роос передает исполнение первых охранных распоряжений городскому караулу, — сказал он. — Договоритесь, когда он сможет застать вас с хозяйкой дома. Вам обеим должны объяснить, к кому обращаться и кто будет приходить.

Я назвала следующий вечер. Фрида ждала меня разбирать вещи; за ужином я собиралась рассказать ей, какую помощь может потребовать Ян.