Вечные Пески. Том 1 и 2 - Лео Сухов Страница 224

Я поёжился и поправил щит. Рядом стоял неподвижно Аримир, только сжимал и разжимал пальцы на древке копья. Элия, пристроившись у зубца стены, зябко куталась в плащ.

Однако при этом гордо делала вид, что не мёрзнет.

— Зуб на зуб не попадает. Невыносимо… — пробормотал кто-то из ополченцев за спиной.

— Закрой рот! — беззлобно оборвал его Одори. — Распустил нюни… Холод и холод. Каждую ночь так…

Из башен начали вытаскивать жаровни. Бойцы, которым повезло сидеть внутри, волокли их по стене, устанавливая через каждые двадцать-тридцать шагов. Внутрь нагружали кизяк и древесную щепу. Кто-то уже разжигал огонь, и языки пламени плясали на ветру, отбрасывая тени.

— Тавр! — крикнул я, повернувшись к первому ряду. — Как разгорятся жаровни, отправляй людей греться. Не всех сразу, чтобы строй не ломался.

— Понял! — прогудел здоровяк, не оборачиваясь.

Он смотрел в темноту, туда, где за стенами начиналась пустыня. Я посмотрел туда же. Ничего. Тьма, холодный ветер и шорох песка, который становился всё громче.

Первая баллиста ударила слева, с дальней башни. Я услышал характерный скрип, затем хлопок, и в небо взмыл рой светящихся точек. Шарики из прессованной глины взлетели высоко и, описав дугу, посыпались вниз.

Зелёное пламя вспыхнуло ярче, едва снаряды с шёптаным огнём коснулись песка. И пустыня ожила.

Их были тысячи. Десятки тысяч. Песчаные люди — безликие фигуры с двумя парами рук, увенчанных чёрными когтями. Они стояли плотной массой, шагах в трёхстах от стены, и ждали. Жёлтые глаза горели в пустых глазницах, и от этого зрелища по коже пробежал холодок, не связанный с ветром.

— Отец Песков! — выдохнул кто-то из ополченцев.

Но я уже не слушал. Я всматривался в зелёный полумрак, пытаясь разглядеть, что ещё есть там, за первыми рядами песчаных тварей. Нащупав на груди амулет ночного зрения, сжал его и закрыл глаза. Темнота ночи отступила…

Тёмные пауки. Они сновали между песчаных людей. Быстрые, юркие, с раздутыми брюшками. Их было много. Больше, чем в прошлую ночь. Орда училась, адаптировалась, наращивала численность.

Дальше, в глубине, я заметил массивные фигуры кровавых перстов. Они двигались медленно, уверенно, как живые тараны, готовые проломить любую оборону. Рядом с ними, чуть поодаль, копошились качурги, способные мощными клешнями разорвать человека пополам.

А потом я заметил тени, которые мелькали в воздухе: низко, у самой земли, между светящимися шариками. Быстрые, неуловимые, то появляющиеся, то исчезающие в темноте. Я прищурился, пытаясь разглядеть. И через несколько ударов сердца наконец-то всё понял.

— Ахалги, — выдохнул я.

— Что? — переспросил Аримир, поворачиваясь ко мне.

— Летающие демоны, — коротко ответил я, уже отходя от строя. — Смотрите в небо, не только на стену.

Я зашагал вдоль стены туда, где стоял Ихон. Сотник, припадая на деревянную ногу, осматривал позиции и отдавал распоряжения. Лицо у него было спокойным, будто он не на войне, а на обычных учениях.

— Ихон! — окликнул я, приблизившись.

Командир обернулся, не выпуская из рук жезл с номером сотни.

— Чего тебе, Ишер? — спросил он без раздражения, но и без лишнего дружелюбия. — Должен быть в строю.

— Я видел летающих, — ответил, кивнув в сторону пустыни. — Мечутся в темноте. Иногда вылетают на свет.