Спящие боги - Ульяна Черкасова Страница 225

— Я тоже скучаю по дому, – произнесла она, сначала, казалось бы, невпопад, но Клевер проникся благодарностью за то, что она не поддержала издёвки Гитуна и Мелюзины. – От него, знаешь ли, тоже мало что осталось. Так что понимаю, о чём ты…

— Песчинки времени утекают в море, – продолжала хихикать в стороне Мелюзина. – Мы все… ох, – выдохнула она, и голос её резко сломался. – Я… Ох, нет, опять…

И не успела она договорить, как снова послышался отвратительный звук выплёскивающейся жидкости.

— Оу, – с омерзением произнесла Вивьен. – Невозможно больше это терпеть…

— Можешь… бэ-э-э… не терпеть, – с трудом проговорила Мелюзина между приступами рвоты. – Здесь никто не держит.

Воздух в отсеке наполнился напряжением. Голос Вивьен прозвучал непривычно холодно и сердито:

— Это не от меня разит рвотой. Если бы я доставляла другим неудобства, то поспешила бы выйти из отсека.

— Вот и выйди за борт.

— У-у! – присвистнул Гитун. – Будет драка?

— И что она мне сделает? – фыркнула Вивьен. – Забодает?

Раздался громкий хрюкающий всхлип – это Гитун поперхнулся. Клевер закрутил головой из стороны в сторону, хотя в отсеке по-прежнему было невыносимо темно.

— Что… ты сказала? – послышался глухой голос из угла. – Ты меня что, козой назвала?

Вив намеренно громко вздохнула, и Клевер мог поклясться, что в жизни не слышал столько высокомерия в одном только вздохе.

— Я сказала, что у тебя есть рога, – нарочито спокойно и размеренно произнесла она. – Разве это не так?

— Я тебе не коза, наволочка ты монашеская.

— При чём тут наволочка вообще?

— А при том, что вы нас за людей не считаете! – взвизгнула Мелюзина.

Клевер поднял левую ладонь, хотя его по-прежнему никто не видел.

— Спокойно, Мел, – попросил он. – Никто не говорил, что ты…

— Говорил! Говорил! Ты сам слышал, Клевер.

Ведро задребезжало. Мелюзина ойкнула и ударилась обо что-то во мраке.

— Такие, как она, – чужеземцы – считают нас животными. Что, монашка, думаешь, если у меня рога и хвост, то я хуже тебя?

— Не поэтому.

— Что?

— Я считаю тебя хуже себя не потому, что у тебя рога и хвост, а потому что ты подлая, лживая и трусливая. Ты обманула меня, подставила и сбежала, оставила без сознания там, в сиде, на верную гибель. И это только то, что касается нашей первой встречи, – отчеканила Вивьен, и каждое слово, давно заготовленное, отскакивало у нее от зубов. – За эти дни, что мы провели на корабле, я тоже успела достаточно наглядеться. Всё это время ты ведёшь себя как дура и хамка. К тому же ещё заставляешь нас дышать своей рвотой. Это просто свинство.

— Да пошла ты!

— Кажется, это ты мне предлагала выйти за борт, – спокойно, точно море в штиль, произнесла Вивьен. – Не желаешь воспользоваться собственным советом?

— Вы слышали? Эй, Клевер, Гитун! Не хотите меня защитить? Я, вообще-то, ваш друг, а тут какая-то чужеземка…

— Если честно, Пиявка, – перебил её Гитун, – твои истерики меня достали ещё на Драконьем нагорье, когда ты в слезах убежала из лагеря. Я тогда надеялся, что ты останешься скакать по лесам и горам с оленями и никогда не вернёшься. Олени. Козы. Никто бы не заметил разницы… Может, даже какой охотник случайно бы тебя подстрелил и…

— Грёбаные чистокровки!

Ведро отлетело в сторону. Брызнули нечистоты.

— Фу!

Вивьен подскочила на ноги, и её ладонь выскользнула из пальцев Клевера.