Вампирский роман Клары Остерман - Ульяна Черкасова Страница 23

О: Но вы сами всё знаете. Вы же из-за него и приехали. Это я отправила дневники Мишеля профессору Афанасьеву.

Д: Господица Клара, прошу вас, умоляю, ради протокола расскажите всё, что знаете об этом Мишеле. Кто он такой, откуда, зачем приехал, что произошло?

О: Раз вы настаиваете, хотя…

Д: Что?

О: Ваш коллега…

Д: Что с ним?

О: Он так смотрит… и молчит.

Д: Это его работа – молчать и всё записывать. Смирнов, не смотри на неё.

С: А я и не смотрю. Я протоколирую допрос.

О: Да я вовсе не о господине Смирнове…

Д: А о ком?

О: Я… Так вот же…

Д: Вы о чём?

О: Я…

Д: Не отвлекайтесь. Расскажите с самого начала об этом Мишеле.

О: Ох, в общем… он приехал в прошлом месяце. Мишель, то есть Михаил Белорецкий, – студент-фольклорист из Нового Белграда. Он собирал сказки. И… Он пропал без вести. От него остался только дневник.

Д: Вы прочитали этот дневник?

О: Да, я спрятала дневник от графа, потому что он хотел его уничтожить.

Д: Что было в дневнике?

О: Но вы же читали его?

Д: Господица Остерман, что было в дневнике? Мне важно услышать это именно от вас.

О: Мишель написал там страшные вещи. Понимаете, у нас в округе давно погибали девушки. Крепостные. Мишель утверждал, будто за этим стояли мой отец с графом. И ещё… вы видели оранжерею? Знаю, что видели. Ваши люди ходили туда, я наблюдала за ними из окна. Под оранжереей раньше находилась лаборатория. Отец говорил, что там лечили душевнобольных, он искал лекарство, но Мишель нашёл его записи. Отец ставил над людьми какие-то немыслимые эксперименты, пытался создать из них…

Д: Что?

О: Чудищ. И у него это получилось. Я видела их. Это страшные существа, но совершенно точно не люди.

Д: Значит, лабораторию вы видели лично?

О: Да, я была там. Папа часто пропускал меня в ближние помещения, но вместе с Мишелем я пробралась и дальше, в закрытые лаборатории. Там проводили опыты над… наверное, над людьми. Папа пытался сделать их сильнее и ловчее… это тяжело объяснить.

Д: То есть вы подтверждаете существование этих чудищ?

О: Подтверждаю.

Д: Опишите их.

О: Ох, они все разные. Кто-то выглядит как зверь, кто-то как человек, но двигается и ведёт себя совсем иначе. В большинстве своём они похожи на человекоподобных животных. Они… я видела странные вещи, господин Давыдов, и, если честно, сама не очень верю в то, что это происходило по-настоящему. И всё, что вы прочитали в дневнике Мишеля, тоже похоже на выдумки и сказки. Но я знаю наверняка, что граф и мой отец… они оба причастны к его исчезновению. И я должна найти Мишеля. Я поклялась.

Д: Вы состояли в романтических отношениях с Михаилом Белорецким?

О: Что?! Как вы смеете?

Д: Что такого?

О: Неприлично задавать подобные вопросы.

Д: Это самый обычный вопрос. Так да или нет?

О: Вы не понимаете… он же… он с ума сошел из-за этой ведьмы. Всё из-за неё. Лесной Княжны.

Д: Лесной Княжны?

О: Да, но… почему вы мне опять шикаете?

Д: Никто вам не шикает, господица Остерман.

О: Господин Давыдов, зачем вы издеваетесь? Считаете, раз я рассказываю о лесных ведьмах, чудищах и экспериментах, значит, совсем из ума выжила? Чтобы вы знали: я и сама прекрасно понимаю неправдоподобность этой истории. Но между тем она действительно имела место быть. Не пытайтесь выставить меня сумасшедшей.

Д: Хватит этого спектакля, господица Остерман. Я не пытаюсь выставить вас сумасшедшей.

О: Но вы… да-да, вы, зачем вы шикаете мне?

Д: Никто вам не шикает, Остерман.

О: Как же не шикает: вот вы, господин, извините, не знаю вашего имени, зачем вы мне шикаете?

Д: Остерман? Остерман, вы о ком?

О: О вашем коллеге!

Д: Присядьте!

О: Зачем вы притворяетесь, что не видите его? Он же… сидит тут, приложив палец к губам. С вашей стороны, господин, очень нехорошо так издеваться над юной девушкой. Зачем вы так улыбаетесь?

Д: Я вообще не улыбаюсь.

О: По-вашему, это смешно?

Д: Мне вообще не до шуток. Сядьте!

О: Но я…

Д: Сядьте!

О: Села уже. Не поднимайте на меня голос.

Д: А вы не притворяйтесь полоумной. Думаете, это поможет вам избежать допроса?

О: Ничего такого я не думаю.

Д: Тогда сидите и отвечайте на мои вопросы.

О: Сижу и отвечаю.

С: Демид Иванович, может, позвать кого вместо вас?

Д: Не надо. Я сам. Итак… Господица Остерман, что вы знаете об убитых крепостных?

О: Что?

Д: Об убитых крепостных. Что вы о них знаете?

О: Ох, это очень печально.

Д: Так что вы знаете?

О: Они мертвы. Да, я видела тело одной из девушек. Мишель нашёл её при мне. Их было… не знаю, сколько всего. Много.

Д: Вы находились рядом с Белорецким, когда он обнаружил тело одной из погибших?

О: Да. В лесу.

Д: В лесу, значит. Когда это произошло?

О: Осенью. В начале зимы… не могу вспомнить точный день, но почти сразу после приезда Мишеля в Курганово. Могу посмотреть в своём дневнике день, если это необходимо.

Д: Вы ведёте дневник?

О: Да. Весьма подробный.

Д: Можете предоставить его мне? Для изучения деталей.

О: Ох… это было бы нежелательно.

Д: Почему? Вам есть что скрывать?

О: Да.

Д: Господица Остерман, дело касается убийства людей. Экспериментов над ними. Вы как дочь подозреваемого…

О: Вы не понимаете. Это… это личное.

Д: Личное? Насколько?

О: Я бы не хотела делиться подробностями с вами. Ни с кем.

Д: Что это за детали? Если они касаются событий в Курганово…

О: Они касаются только меня.

Д: В каком смысле?

С: Демид Иванович, думаю, господица Остерман намекает, что это записи любовного характера.

Д: Ой…

О: Ох…

С: Господица Остерман, я прав?

О: Пожалуйста, мне неловко говорить об этом. Я не хочу…

Д: Да-да, конечно… понимаю…

О: Спасибо.

Д: А всё же, это касается кого-то из участников событий? Белорецкого?

О: Как вам не стыдно подумать?!..

Д: Значит, вы в него влюблены?

О: Как вы можете?.. Я… Я… Не желаю отвечать на подобные вопросы.

Д: Значит, влюблены.

О: Это не касается вашего расследования.

Д: На самом деле, это многое объясняет. Юная девушка рискует жизнью ради молодого человека, идёт на обман родного отца и тайком отправляет письма в столицу, умоляя незнакомых людей найти сыскарей и отомстить графу за этого Белорецкого… редкий случай. Я всё ломал голову, почему незамужняя девица из провинции решилась на такое. Даже, признаю, восхищался вашей смелостью, пока читал письма. Теперь всё встало на свои места. Любовь многое объясняет.

О: Да как вы можете?! Как вам не стыдно насмехаться?!

Д: О, поверьте, я вовсе не насмехаюсь, Клара. Я искренне восхищён вашей отвагой, преданностью, любовью. Вы смелая честная и благородная девушка. Любой мужчина был бы счастлив быть любимым такой, как вы…

О: Но не Мишель…

Д: Что?

О: Не Мишель. Он… он влюблён в Лесную Княжну.