Вечные Пески. Том 1 и 2 - Лео Сухов Страница 235

Борк сразу кивнул:

— Я думал об этом. Их надо бы сопроводить. А то неизвестно, как у них там всё в казарме… Могут другие ополченцы обидеть.

— Или стража задолбает, — добавил Одори, потирая запястье. — Ты сам-то останешься, Ишер?

— Да, — сказал я. — Я тоже в казарме буду. Аримир, тебе надо будет вечером собрать наёмников в гостевом доме Гильдии. С ополченцами тебе идти не надо.

Мужчина кивнул и вопросительно на меня посмотрел. Я махнул рукой, показывая, что он может идти.

— Это, конечно, правильно, Ишер! Командир должен быть с людьми! — согласился Тавр. — Но если мы будем оставаться с ополченцами, то очень быстро сдуемся. Нам, знаешь ли, тоже после такой рубки отдых нужен.

— Что предлагаешь? — спросил я.

— Давайте посменно! — не растерялся Тавр. — В первый день пойдём мы с тобой, Ишер. Во второй пусть идут Борк с Одори.

С этими словами наёмник глянул на остальных.

— Дельно, — согласился Борк. — Я за.

Одори тоже утвердительно качнул головой. Я ещё раз обдумал предложение Тавра. Звучало разумно. Вдвоём не проблема управиться с ополченцами. Даже со всей казармой, случись там крупный конфликт. А остальные командиры смогут нормально отдохнуть.

— Годится. Значит, сегодня в казарме я и Тавр. Завтра Борк и Одори. А послезавтра решим, если будем живы.

За этими разговорами мы тронулись с места и почти догнали колонну. Но тут сзади раздались торопливые шаги. Гвел, раскрасневшийся от быстрой ходьбы, поравнялся с нами.

— Ишер! Постой…

Я остановился. Молодой триосм выглядел растерянным. Не так, как ночью в сражении, а по-другому. Будто не знал, куда ему теперь идти.

А может, и вправду не знал.

— Что случилось? — спросил я.

— Я… — Гвел запнулся и глянул на своих, которые уходили вперёд. — Мои люди сейчас проследуют в казармы. А я… Не знаю, что мне делать. Денос ранен, его к шептунам отправили. Остальные… Они ждут, наверно. Но я же наёмник, мне можно в гостевой дом…

— Можно, — сказал я. — Но вот о чём подумай. Твоя триосмия — это сейчас твоя семья. Как минимум, пока мы каждую ночь на этой стене. Если ты уйдёшь в гостевой дом, а бойцы останутся здесь, они это запомнят. Не со злом, а с обычной обидой. Мол, командир о нас не позаботился.

— Но я не знаю… И что там делать?

— Мы с Тавром сейчас идём в казарму, — сказал я. — Давай с нами. И приглядишь за своими, и покажешь им, что не бросаешь.

Гвел помолчал, а потом решительно кивнул:

— Ты прав. Я останусь с людьми. Спасибо, Ишер.

— Давай уже, догоняй своих, — я махнул рукой. — Скажи, что триосм отправится с ними. Это важнее удобств, которые тебе положены.

Гвел убежал нагонять девяносто девятую. Тавр проводил его взглядом и одобрительно хмыкнул:

— Молодой, необстрелянный. И всё же старается. Из него, видимо, выйдет толк. Ну если не убьют в ближайшие дни…

— Если не убьют, — согласился я.

От плаца до казарм идти оказалось недолго: всего чаша пути. Здания были длинные, приземистые, сложенные из обожжённого кирпича, с черепичными крышами. Раньше здесь, вероятно, хранили зерно или купеческие товары. А нынче у входа стояли два стражника с короткими копьями. В ворота ручейком тянулись ополченцы, переданные в ведение Гильдии.

Внутри оказалось просторно и сумрачно. В середине — свободное место, где стояли длинные столы и скамьи. Видимо, чтобы кормить там обитателей казармы. Пространство вдоль стен было разбито на три этажа. На каждом — просторные отсеки на двадцать пять мест. Видимо, рассчитывали на полную триосмию, но с запасной койкой.