Пустующий трон - Кен Лю Страница 238

— Ага, теперь мне все ясно. – Кутанрово заговорщицки подмигнула ему и ухмыльнулась уголками рта. – Вотан, я и подумать не могла, что вам по душе глубоко прожаренное мясо! Могу порекомендовать пару домов индиго в Крифи, там есть взрослые женщины на любой вкус, и вам не придется так далеко…

— Да как вы смеете! – залившись краской, осадил ее Саво. Действительно, некоторые таны и наро-вотаны заводили себе «информаторов» в сельской местности, чтобы охладить ревность своих жен, но Саво считал такое поведение отвратительным и достойным презрения. Подобного оскорбления своей наставницы он вынести не мог. – Надзу Тей – уважаемая ученая, и я высоко ценю ее мудрость. Благодаря таким, как она, мы смогли окопаться на этих островах.

— Вотан, простите! – воскликнула Кутанрово, изображая искреннее раскаяние. – Я не хотела никого оскорбить! А что касается удержания этих островов… Верно ли я понимаю, что эта дара-рааки обучает вас тонкостям земледелия? Если позволите простой и необразованной наезднице высказать свое мнение, то воинам не пристало копаться в земле…

— Во имя палицы Диасы-Фитовэо, это всего лишь образное выражение! Разумеется, меня не интересует земледелие и копание в земле. Будьте добры также воздержаться от пренебрежительных эпитетов в ее…

— Остановись! – воскликнула Надзу. – Она нарочно тебя подначивает…

Но смущенный и разгневанный Саво уже не мог остановиться.

— Эта женщина учит меня классике ано и каллиграфии, ясно? На занятиях у моего придворного учителя можно со скуки помереть, а уроки мастера Тей всегда интересны. Еще она учит меня местной культуре, к которой вам следовало бы относиться с уважением. Наша власть всегда будет шаткой, если мы продолжим плевать на все достижения и ценности коренных жителей Дара. – Саво вконец разошелся. Ему было приятно поставить на место эту черствую, непочтительную, подозрительную грубиянку, зацикленную на прошлом. – Нам нужно слушаться пэкьу и пользоваться местными изобретениями. К слову, я как раз узнал историю дзамаки… – Он осекся.

Лицо Надзу Тей преисполнилось отчаяния, в противоположность торжествующей и одновременно сочувственной ухмылке Кутанрово.

— Прошу прощения, вотан, – голос Кутанрово звучал заботливо и внимательно, как будто она обращалась к маленькому ребенку, – но позвольте кое-что уточнить: вы только что назвали эту женщину «мастером»? Она ведь не была официально назначена вашей наставницей. Вы подчиняетесь ей, как бесхребетные дети варваров подчиняются своим грязным учителям?

В Дара слово «мастер» широко употреблялось для вежливого обращения, но в Укьу-Тааса его использование сошло на нет – льуку опасались слишком близких отношений между учителями и учениками.

— Я оговорился, – произнес Саво, пытаясь спасти ситуацию. – Порой я использую это слово в качестве шутки, но Надзу Тей полностью подчиняется мне…

— Нелегальные учителя – одна из главных опасностей, о которых предупреждала пэкьу. – Кутанрово напустила на себя строгий и решительный вид. – Солдаты! Задержите преступницу, развратившую разум тана-тааса льуку, и позаботьтесь, чтобы тан-тааса более не подвергался влиянию этой коварной ведьмы!

— Кинри, что же ты наделал…

Не успела Надзу закончить фразу, как двое солдат подскочили к ней, повалили наземь и принялись вязать руки за спиной канатом из жил. Саво поспешил было ей на помощь, но другие солдаты удержали его.