Студент - Владимир Кощеев,Михаил Романов Страница 24

— Кто-нибудь знает ответ на этот вопрос? – спросил Разумовский у Ивана с Василисой.

Иван, если и знал, предпочел промолчать, а девушка и вовсе отрицательно помотала головой.

— Как правило, – медленно проговорил Разумовский, – резерв податлив к изменениям ограниченное количество времени после инициации. Считается, что время реализации потенциала – пять лет.

— Но вы с этим не согласны, – заметил я.

— В моей практике резерв теряет эластичность через пару лет после инициации, – подтвердил Разумовский. – Но это… – мужчина криво усмехнулся, – не репрезентативная выборка.

Я кивнул, принимая ответ. Василиса нахмурилась, а Иван склонил голову набок и с задумчивым видом рассматривал тренера.

— Итак, завтра вас ждет инициация. Эта малоприятная, болезненная и небыстрая процедура откроет вам дорогу к магии и нашим тренировкам. Вопросы? Вопросов нет. Свободны.

Когда дверь в кабинет за нашими спинами закрылась, Иван со свойственной ему непрошибаемой жизнерадостностью заявил:

— Так, ну, полагаю, это дело надо обмыть!

— Пожалуй, я воздержусь, – негромко произнесла Василиса, чуть сторонясь Ивана и случайно или намеренно приближаясь ко мне.

— Как же так? – возмутился Иван. – Мы такой ответ не принимаем! Да, Александр?

Девушка кинула на меня умоляющий взгляд, и, как бы мне ни хотелось узнать ее поближе, я произнес:

— Не хочет идти – пусть не идет. Уверен, у нас будет еще много хороших поводов провести время вместе.

Василиса благодарно улыбнулась и тут же как-то ловко исчезла, завернув то ли в ответвление коридора, то ли в какую-то аудиторию.

— Зря, – покачал головой Иван.

— Ты, боярич, привык к тому, что титул дает некоторые преференции при общении с женщинами. Но в реальной жизни иногда надо брать свое военной хитростью, – усмехнулся я.

— Титул дает только политические выгодные браки, друг мой, – вздохнул Иван так печально, что не оставалось сомнений: бедолаге уже выбрали супругу, и она ему не слишком нравится.

Но обсудить дела сердечные нам не дали – Иван замолк, смотря куда-то вперед. Причем подобрался и как-то так нехорошо прищурился, что никакого веселого раздолбайства в нем не осталось ни на грамм.

Я проследил за его взглядом: к нам уверенной походкой шел молодой человек, явно и старше нас, и выше по социальной лестнице. Он был среднего роста и средней комплекции, с волосами невзрачного мышиного цвета, но внешность его на самом деле вообще не имела никакого значения. Походка, жесты, взгляд – все вместе говорило о невероятном, просто животном обаянии и нечеловеческом магнетизме приближающегося парня.

И судя по Новикову, которого едва не перекосило, нас ждала очередная дуэль. Так что я тоже на всякий случай подобрался – мало ли что от этих аристократов можно ожидать. Но удивительное дело, приближающийся парень скользнул по Ивану равнодушным взглядом и подошел ко мне.

— Александр Мирный? – уточнил парень, на пальце которого блеснул сословный перстень.

— С кем имею честь? – вопросом на вопрос ответил я.

— Княжич Максим Меншиков. Уделите мне минуту вашего времени для приватного разговора?

Даже не оборачиваясь на Новикова, я почувствовал, как того корежит от Меншикова, словно черта от ладана. Но разборки аристократов меня мало волновали, а вот нездоровое внимание к своей персоне у сынули главы Свободной фракции вызывало закономерные вопросы.