Тьма - Владимир Бабкин Страница 25

— Это да. Понимаю, конечно. Как там наш животик?

— Ты знаешь, уже как-то получше. Может, нервы?

— Ну, как говорится, клин клином…

— Но, спасибо Аяне, она от меня вообще не отходит почти ни на шаг. Образно говоря.

Аяна сидела в таком же точно шезлонге в шагах двадцати от нас. Хорошая девочка. Правильная. Цельная. Общался сегодня с Вовкой о даровании ей дворянского достоинства за спасение члена Императорской Фамилии (Динки). Обещал подумать (пообщаться с бабушкой). Думаю, что пробью эту тему. И девочка станет к нам привязаннее, и папа её на Ольхоне будет счастлив (если что, поставив за нас весь остров на дыбы), и будет она уже не служанкой какой-то, а полноценной фрейлиной нашей прекрасной принцессы, светлейшей и прочая, прочая, прочая…

Сплошные плюсы.

Стрелять только нужно подучить. А то будет, как с теми поручиками, которые не смогли друг друга убить с тридцати шагов. Несчастные пятнадцать метров.

Господи.

Как дети, честное слово.

Нет, нельзя сказать, что Аяна не умеет стрелять. Это ж Ольхон. И, вообще, народы охотников там. Белку в глаз и всё такое. Но подучить надо. Автомат неуверенно держала и стреляла, защищая свою госпожу, суматошно. Непривычное для неё оружие.

Поправим. Будет стрелять, как из лучшего в мире охотничьего ружья.

Белке в глаз.

С каких-то пятнадцати метров.

* * *

Терра Единства. Ромея. Константинополь. Малый Императорский дворец. 5 сентября 2015 года

Динка права – мы зависли в паузе.

Два-три дня. Потом начнётся опять.

Надеюсь, что лично мы уже не так уж понадобимся властьимущим. Максимум выступить по миросети или на площади, и гори оно всё огнём.

Но вечер наступил, и я пришёл к жене. Не скажу, что домой, но к жене. К моей любимой женщине. Это непередаваемое ощущение.

Мой дом там, где она.

Это в художественных романах герой героически геройски смотрит в героическую даль. Люди, вообще, просто люди. Уставшие. Надоело всё. Пришёл домой. Завтра опять на работу. В этом плане жизнь Светлейшего ничем не отличается от жизни простого работяги. Разве что не нужно думать о том, чем завтра кормить семью. Но зато с намного большей вероятностью тебя могут завтра просто убить. И всю твою семью. Вместе с тобой.

Или без тебя.

Отнюдь не случайно. Не пьяный или наркоман, а целенаправленно. И тебя целенаправленно пощадят. Чтоб больнее было.

— Что читаешь?

Дина ответила, не отвлекаясь от планшета:

— Гамильтона-Громова «Возвращение к звёздам».

Усмехаюсь:

— Принцесса Лиана нравится?

— Не, она дура набитая. Классическая романтическая дурочка. Изящная, прекрасная и глупая.

— А кто нравится?

— Шорр Кан. Блестящий персонаж и вождь. Яркий и неординарный лидер. Умный и беспринципный. К сожалению, в реальной нашей жизни таких мало. Таким был разве что Емец-Арвадский. Он бы смог.

— А Великий?

Спросил даже как-то ревниво, как будто это действительно касалось лично меня.

Динка покачала головой.

— Хм… Не знаю. Михаил – велик. Тут слов нет. Но он помазанник Божий. Ему дано было от природы и породы. А Емец – просто обычный офицер, который, словно та ракета, сумел взлететь в самый космос.

— А Натаха?

— Ну, не знаю. Она молодец, конечно. Но до своего великого предка ей, как мне кажется, всё же далеко.

Пожимаю плечами.

— Иволгина во многом его сделала таким.

— Нет, не соглашусь. Она его сделала ПОСЛЕ. А так, Великий его приметил и поднял намного раньше[2].