Гибнущий мир - Карина Крылова,Александр Ситнов Страница 256

Едва лицо Юй Чжэюаня прорезалось сквозь темноту, сидевший на полу Юй Хэн прищурился и попытался встать. Но несколько дней, проведенных в обществе дознавателя, отняли у него последние силы. Юй Хэн пошатнулся и, стараясь не потревожить израненные руки, опираясь на шершавые стены, поднялся.

— Если я все верно запомнил, ты говорил, что сам я не смогу ничего достичь, что моя мать родила бесхребетного, ни на что не годного щенка. Отребье в родовитом помете.

Едва услышав голос своего сына, Юй Хэн вздрогнул и неверяще двинулся к решетке из кованых прутьев.

— Юй Чжэюань!..

Вцепившись руками в прутья, Юй Хэн смотрел на сына с ненавистью и отвращением.

— По твоему взгляду я вижу, что даже сейчас ты не готов признать свои ошибки. Я рад, эта была последней. Совет во главе с Ло Фэнси уже вынес приговор: тебя предадут солнцу. Твоя плоть будет иссечена, чтобы ты хорошо прочувствовал, как тебя покидает жизнь. Прикованный и униженный, ты выгоришь под солнцем, моля о приходе ночи. А ночью, замерзая до смерти, будешь сходить с ума от страха при любом шорохе и ждать, что явится хищник из пустыни.

С каждым произнесенным словом улыбка на лице Юй Чжэюаня становилась все шире, а глаза ярко блестели от возбуждения.

— И ради чего ты предал свой род? – В хриплом голосе Юй Хэна звучала насмешка. – Ради девки? Такой же слабак, как и твоя мать.

Юй Чжэюань ожидал услышать крики, мольбы, проклятия, в конце концов, но вместо этого было привычное презрение. Он всматривался в осунувшееся лицо и не мог не ощущать поднимающуюся откуда-то изнутри радость, щекочущую горло. Улыбка не покидала его расслабленного лица.

— Ради чего? – переспросил он. – Ради этого мгновения, разумеется! Я хотел, чтобы ты, отец, чувствовал то же, что чувствовали я и моя мать. Хотел, чтобы ты боялся темноты, каждое мгновение ожидая боли, и уповал на смерть. Матушке повезло больше, чем мне. Хотя, глядя сейчас на тебя, потерявшего все, я думаю, что и мне повезло.

— Неблагодарный щенок! Я тебя вырастил, а ты отплатил мне, уничтожив мой род! – взревел он во всю силу, струйка крови вперемешку со слюной потекла у него по подбородку.

— Свой род погубил ты сам, отец. Много лет назад, когда убил единственного человека, которого я любил и который любил тебя, – проговорил он тихо.

— Я женился на ней из жалости, не из-за любви.

Юй Чжэюань похлопал по груди в том месте, где было сердце.

— Ты не знаешь, что такое жалость.

С этими словами он развернулся и направился к стражникам.

В продолжении разговора не было смысла: он сказал этому человеку все, что хотел.