Альтернатива - Александр Журавский Страница 258

— Логично.

— Командир, еще две темы. Мы чудом отследили этих шайтанов. Успели, как говорится, на флажке. По таймеру до взрыва в четырнадцать ноль-ноль оставалось меньше двух часов.

— То есть это произошло бы за сутки до встречи Маска со студентами.

— Так точно. Расчет был уничтожить твою дочь, деморализовать тебя и Вепрева, когда вы на задании. Они понимают, что мы их, иншаллах, найдем. И дочь твою не простим.

— Ты к чему?

— Они – смертники. Это опасно, брат.

— Спасибо, Абрек. Я ваш с Бадмой должник.

— Э! Кто еще кому должен?! Ты меня раненного сутки тащил, баракаллаху фика![268] Сам кровью истекал, но тащил. Я тебе жизнью обязан. А Бадма вообще сейчас на даче укроп и ранетки выращивал бы, если бы ты нас в команду не позвал.

— Ладно, мы же не ростовщики, чтобы долги считать. А вторая?

— Извиниться должен.

— Интересный поворот. За что?

— Еву зря подозревал. Аллах свидетель, не прав был. Она твою дочь нашла, чтобы предупредить об опасности.

— А Катя?

— На эмоциях послала ее. Не получилось у них разговора.

Глава 104

Судакская крепость

Не с теми я, кто бросил землю

На растерзание врагам.

Их грубой лести я не внемлю,

Им песен я своих не дам.

Анна Ахматова

Россия, Крым, Судак,

10 мая 2034 года, 16:40

Ева уже отрефлексировала вчерашнюю ситуацию, нашла в ней мотивационный потенциал и решила вторую половину дня 10 мая, свободную от публичных мероприятий, провести в изучении окрестных достопримечательностей. Изучать было чего. Похвальное намерение новых знаний и впечатлений привело ее в знаменитую Судакскую крепость – наследие генуэзцев, главных соперников венецианцев того периода. Накануне вечером со второго этажа местного ресторана древняя фортеция на горе, искусно подсвеченная художественным светом вкупе с почти полной ослепительной луной, выглядела таинственно и зловеще. А ведь ничто так не привлекает авантюрные натуры, как зловещие тайны. Впечатления от увиденного усилились личными переживаниями поэтессы, что и предопределило ее планы.

В ясный день крепость, конечно, многое теряла в таинственности, но зато впечатляла масштабами и мирным соседством некогда конфликтовавших цивилизаций – здесь и собственно генуэзская крепость с сохранившимися стенами, донжоном – Консульской башней, башнями консулов Якобо Торселло, Бернабо ди Франко ди Пагано, Коррадо Чикало, здесь и мечеть, перестроенная из храма, и католический собор, и армянская базилика Двенадцати апостолов, изначально византийский православный храм. А вокруг – грандиозные раскопки и реставрация. Видно, что история и культура не относятся к числу тех сфер, где экономит государство. Впрочем, спроси сейчас гражданина: «А где экономит государство?» – пожалуй, с ходу рядовой гражданин и не ответит. Наваристо живем.

Возле Георгиевской башни, на каменной кладке которой выросла душистая полынь, Ева задержалась, читая памятную доску о том, с какой целью возводилась эта башня в X веке и какую геральдическую плиту на латыни нашли при ее реставрации. Дочитав цитату из древнего генуэзского панегирика, что башня в ее нынешнем виде была устроена в 1409 году, «во время правления благородного и могущественного мужа, господина Лукини ди Фиески ди Лаваньи», она шагнула через арку на утоптанную смотровую площадку и минут десять, в окружении пары десятков сменяющихся туристов, созерцала открывавшиеся с иного ракурса впечатляющие виды Судакской бухты, которую вчера впервые увидела с набережной.