За Усами - Джинджелл Вэнди Страница 26

— Ты действительно думаешь, что они будут?

Ёнву изобразила ту же презрительную улыбку, что и раньше.

— Только если я продолжу подталкивать их, а ты будешь придерживаться своей истории. Я хотела бы знать, почему они вообще пришли за мной: они могли подставить кого угодно, если всё, что им было нужно, — это быстрый ответ от кого-то, у кого не было такой защиты, как у большинства кумихо.

— Вопрос, на который мы, без сомнения, найдём ответ, когда будем искать нашего убийцу, — сказал Атилас. — Думаю, мы можем исключить любого человека, не так ли?

— Нет, — резко ответила Ёнву. — Мы не можем никого исключать. Девушка-человек выходит замуж за мужчину-кумихо в том же зале, где было найдено тело без печени? Люди — наши первые подозреваемые.

— Боюсь, я не совсем понимаю.

— Кумихо не рождаются, ими становятся. Каждый из нас когда-то был человеком, которому пришлось убить и съесть печень пяти человек.

Атиласу потребовалось несколько мгновений, чтобы усвоить эту конкретную информацию, его разум открылся и расширился, чтобы добавить её в расширяющуюся сеть возможностей, которые он не мог полностью предотвратить от проникновения в свой разум. На самом деле у него не было намерения делать что-то большее для этого расследования, кроме как умиротворять Ёнву, пока не появится более подходящий способ защиты — и при этом представлять себя в наилучшем свете перед интересующей его стороной на собственной свадьбе.

Он задумчиво вздохнул и предложил:

— Тогда, возможно, нам следует поговорить с невестой, а не с женихом. Человек не должен представлять для нас особых трудностей, когда дело доходит до расследования.

— Я так понимаю, ты никогда не видел, чтобы кумихо защищал свою пару, — сказала Ёнву. — Проблема будет не в человеке, а в её паре.

— Ну и дела, — мягко сказал Атилас. — Без сомнения, есть способы обойти такую защиту. Полагаю, что лучше всего было бы использовать более мягкий подход, но людей не так уж труднообойти, когда это необходимо.

— Давай разберёмся, — сказала ему Ёнву, когда зазвонил её телефон. Она достала его из кармана, взглянула на светящийся экран, а затем снова выключила экран, используя его как указатель в его направлении. — Если ты причинишь вред кому-нибудь из людей, пока я рядом, я перегрызу тебе горло. И если ты не будешь осторожен с невестой, жених сделает это за меня.

— Запомню, — сказал Атилас. Его искренность была вызвана скорее тем, что ему было интересно узнать, что явно кровожадный кумихо защищает людей, чем каким-либо чувством самосохранения. — Кстати, у меня нет намерения причинять вред людям.

Он произнёс эти слова в пустоту: Ёнву уже выскользнула за дверь и прошла по коридору — и, предположительно, вернулась в свою комнату, чтобы просмотреть свои сообщения наедине. Атилас ещё несколько минут нежился на солнышке, а потом повернулся к чайному подносу, поставил его в раковину и бросил через плечо:

— Думаю, тебе лучше выйти.

В той части кухни, на которой остановился взгляд Атиласа, было чуть более тихо, но ни звука.

Он сказал:

— Ты оставила дверь в сад открытой, и я вижу, как твоя магия просачивается из шкафа.

Последовало ещё мгновение тишины, прежде чем в шкафу что-то зашевелилось, и маленькая дверца распахнулась, открыв тёмные глаза на худом белом лице и чёрные волосы, которые были слишком длинными.