Князь реки - Юлия Давыдова Страница 26

Ланита при этих словах задумался, потом взбил подушку двумя хлопками и демонстративно лёг:

— Ладно. Всё, дай отдохнуть. И правда, всегда заставишь делать как тебе надо.

Он повернулся на другой бок и натянул одеяло на лицо:

— Помню я свою клятву помогать тебе во всём. А ты теперь пользуешься ею, как тебе вздумается.

Иван тихо посмеялся, глядя на брата.

Через минуту Дивей засопел, а молодой князь ещё думал. Во многом он пошёл наперекор всему, что знал. С детства Фаровль и Горан учили, что оружие должно быть рядом всегда, что любое дерево в лесу может оказаться гандарвом — навийской тварью, умеющей принимать разный облик. Что любой оборотень, который встретится на пути, может быть послан, чтобы убить его. Что выходить без охраны за стены города запрещено, что называть себя князем нельзя, чтобы случайно не выдать себя тем, кому этого знать не надо. Что рисковать собою он не смеет, потому что все, кто будут его защищать, погибнут.

Но Иван не был с этим согласен. В далёком мире за Полано-Рилевскими вратами за него погибли его родители, которых он даже не успел увидеть, и в родной Рилеве каждый поступил бы также. А за что? За мальчишку на старом троне в потемневшем от времени зале? Умирать и сражаться нужно за то, что ценно. Князь ценен. Тот, кто растит мощь и богатство земель и городов. А если лишь место занимаешь, то такой чести не достоин.

— Половина пути пройдена, — прошептал Иван. — Отступать некуда, да и не стану.

Но сомнение неприятно окутывало мысли молодого князя. Сон всё больше завладевал им, рисуя странные картины, словно взятые из чужого прошлого. Комнату с белыми стенами, плачущую женщину, наклонившуюся над ним, и морду монстра, его клыки перед самым лицом...

— Ветер сна, — прошептал Иван, — отнеси меня к матушке, мне надо поговорить с ней.

Ветер подхватил взгляд, пронёс его над городом, повернул в сторону реки и над сторожевой стеной нырнул в глубокую ночь. В тёмном небе засияла громадная белая луна и по синей глади заскользили серебряные дорожки.

Ветер поставил Рилевича на берег, и тот поклонился Реке:

— Здравствуй, матушка.

Волны побежали быстрее, накатились на босые ноги князя и, с шумом уходя, прошептали:

— Здравствуй, Иван.

Из воды поднялась красивая женщина, с волосами гладкими голубыми, с играющими в них бликами лунных лучей. Прозрачное одеяние на ней светилось томно-белым, будто сшитые вместе множество лунных дорожек, что сияют в ночи.

Женщина шутливо метнула в князя брызги:

— Почему во сне пришёл, почему не по-настоящему? Хоть обняла бы тебя.

— Некогда, — улыбнулся Иван.

— Некогда?!

Огромная волна смела парня с берега и утопила в глубоких водах. Душа реки и молодой князь сидели внутри прозрачного шара, плывущего над самым дном.

— Не сердись, матушка, — вздохнул Иван, — ты же меня знаешь.

— Знаю, — согласилась Река. — Ты, как только на ножки встал, взял молоток и забил торчащий гвоздик в своей кроватке, который никто не приметил, и не потому, что он тебе мешал. И сейчас такой — старое надо заменить новым, сделанное плохо переделать хорошо.

Женщина ласково погладила князя по щеке:

— Молодец, мой сын, с тобою Рилева вернулась к жизни. Знаю, чего ты хочешь. Вернуть то, что утрачено.

Иван заглянул в прекрасные глаза Реки:

— Нелегко было вернуть Рилеве былой облик, а её величие, матушка, смогу ли вернуть его?