Волшебница по привычке - Валентина Савенко Страница 28

— Эн вполне сможет заменить вас, отдыхайте, – приказал Дамиан.

Никогда не видела, чтобы на отдых отправлялись как на каторгу!

— Винс, постарайся лишний раз не выходить из дома. – Ловец создал под ногами Винса золотистую дорожку пути. – Эн принесет поесть и все, что тебе понадобится.

Мачеха понятливо кивнула. Винс исчез. Софи тихо вздохнула. Кати ее ткнула локтем в бок, и та сердито покосилась на сестру.

— Макс, за мной, в кабинет. – Дамиан отпустил мое плечо и быстро зашагал в сторону особняка.

Макс спрыгнула с метлы и заспешила следом.

Не успели они скрыться за поворотом аллеи, как девочки с визгом повисли на моей шее.

— Приехала! – обрадованно заорали десять голосов, и нас всех сгребли большие лапы.

— Пусти! – дружно пискнули мы с сестричками, не оценив объятий гидры.

— Вредины! – обиделась Иза, выпустила нас и стала крохотной.

Повиливая хвостом, потопала в заросли, напевая что-то всеми головами.

Огненный пес ткнулся в мою ладонь носом и тоже отправился на променад.

Мирелла продолжала хлопотать над лапой Рэйнара. Дракон вполне комфортно занял почти всю площадку.

Никто из них не убегал с криками – сумеречница! А я тем временем двух ловцов сдерживаю. Связь с ними ощущается четко, стоит только сосредоточиться на Дамиане или Винсе.

Я больше не волшебница, я сумеречница, и с этим надо жить. Я больше не смогу помогать нечисти находить своих ведьм. Но все еще могу найти сумеречника. Не так, как волшебники, без пути. Сложно и долго, но это возможно.

— Ой, бедный! – всплеснула руками Кат, глядя на дракона, и отбросила на спину белую косу.

Девочки кинулись помогать фее. Если у дракона после такого лечения не отрастет вторая голова, я очень удивлюсь.

Эн подлетела ко мне, коснулась призрачной рукой щеки, улыбнулась:

— Хочешь булочку с корицей?

Я устало кивнула.

Эн взяла меня за руку, как маленькую, и повела в дом.

Светлый двухэтажный особняк с колоннами внутри оказался просторным, обставленным без всяческих доспехов и старинных горшков по углам.

На уютной кухне, запивая чаем булочки, я сказала Эн, кем стала. Каждое предложение давалось с трудом. Одно дело сделать выбор, когда стоишь на краю. И у тебя два выхода: назад или вперед. И другое, глядя в родные глаза, подбирать слова, чтобы пояснить, почему ты решила стать монстром.

— Вот так. Теперь они оба связаны со мной, – едва слышно закончила я, отставляя кружку, которую крутила во время рассказа в руках, – и это не просто фигура речи. Я чувствую связь… и если сосредоточусь, смогу ее увидеть. Она как цепь. Дамиан ее тоже видел…

Мачеха слетела со стула, обогнула край стола, за которым мы сидели, обняла и тихо сказала:

— Все правильно, девочка.

Закрыв глаза, чтобы не видеть, как через ее платье просвечивает солнце, я тихо сказала:

— Я знаю, мама.

Слово сорвалось само. Эн никогда не настаивала на том, чтобы я звала ее мамой. Даже разговора не было. Девочкам она запретила спрашивать у меня, почему я называю ее по имени. Все шло само собой. Пока я не стала чудовищем. Сама. Добровольно.

— Пойдем, я покажу тебе комнату и помогу расчесать волосы. – Прохладные пальцы Эн погладили меня по голове.

— Спасибо, мам, – ответила я.

Непривычно. И так тепло на душе, словно сидишь у камина, завернувшись в плед.

* * *

— Ну и что за военные действия без моего участия ты тут устроила? – присаживаясь на край стола, спросил у сестры Дамиан.