Графиня Фортескью - жена фермера - Эва Гринерс Страница 29

— Боюсь, вы будете разочарованы, Грета, - крикнула я ей в ответ, - мы живём очень просто!

В этот момент из повозки выглянул доктор Нойман, его лицо было все еще хмурым. Он недовольно посмотрел на нас с Гретой

— Хватит там болтать, сорока! - проворчал он, обращаясь к Грете, но как я поняла, это и ко мне относилось. - Не время для праздного щебетания. Нас ждет больной, и каждая минута дорога!

Надо же, видимо его профессиональный энтузиазм мирно дремал во время принятия пищи, как сегодня за завтраком.

Грета и я снова переглянулись, она многозначительно закатила глаза и картинно надула щёки, тайком передразнивая отца. Мы обе чуть улыбнулись. Я легонько пришпорила лошадь.

— Поеду чуть вперёд, осталось не так уж много!

Мы спешились у нашего деревянного крыльца, потрескавшегося от солнца, и я тут же почувствовала себя неуютно на своей уже земле. Воздух здесь был совсем другим - густой, пропитанный запахом нагретого дерева и сухой травы, и было гораздо жарче, чем в городе. Почему было не засадить двор деревьями? Было бы гораздо прохладнее.

Пока доктор Нойман с кряхтением выбирался из повозки, а Грета, легко соскочив с козел, поправляла прическу, сняв свою шляпу, я обвела взглядом двор. Сая нигде не было. Сейчас все работники будут знать, что хозяин слёг. А мне бы не хотелось торопиться с этими новостями раньше времени…

— Идёмте, миссис Браун, - доктор был готов к исполнению своих обязанностей. Я кивнула и повела их через террасу к двери.

Едва мы переступили порог, нас встретила Салли. Она стояла посреди небольшой, сумрачной гостиной, сбившись с ног и заламывая руки, её лицо было бледным и искажённым от тревоги. Её обычно аккуратные волосы растрепались, а передник был смят.

— Эйлин! Доктор Нойман! - её голос дрогнул, почти сорвался, когда она увидела нас. - Ох, слава богу, вы приехали! Я уж думала... думала, не дождёмся. Ему совсем худо, доктор, совсем! Он... он такой странный, доктор! Как ватная кукла лежит, не двигается, только глаза... глаза его так странно закатываются, а дыхание... ох, это жутко, оно такое хриплое и прерывистое, словно он задыхается! И лицо у него, доктор, всё перекосилось... Мне так страшно! Скажите, он поправится?!

Она тараторила без остановки, её слова сыпались как горох, бессвязные и полные паники. Доктор Нойман выставил руку, мягко, но твердо прерывая её поток.

— Тише, дорогуша. Меньше слов, больше дела. Где больной? - Его голос, спокойный и властный, мгновенно успокоил атмосферу, хотя Салли продолжала мелко дрожать.

— Наверху, доктор, - пролепетала она, указывая на лестницу. - Я постаралась всё прибрать, проветрить...

Доктор Нойман, не теряя ни секунды, направился к лестнице, его тяжёлые шаги гулко отдавались в тишине дома. Мы с Гретой последовали за ним. Комната наверху, предназначенная для больного, действительно была подготовлена. Окно распахнуто настежь, пропуская внутрь хоть какой-то свежий воздух, постель аккуратно застелена, беспорядка не было и следа - Салли явно провела здесь всё это время, ликвидируя запустение и хаос..

В кровати лежал мистер Браун. Его лицо было бледным, искажённым, словно какая-то невидимая сила вывернула его черты наизнанку. Дыхание действительно было тяжёлым, прерывистым, и каждый выдох сопровождался неприятным хрипом. Я смотрела на него, и внутри что-то сжалось. Конечно, скотиной он был порядочной, но смотреть на мучения было тяжело.