Трофей Черного колдуна - Любовь Песцова Страница 3

— Зря ты так. Я ведь не хочу тебе зла.

Я презрительно фыркнула и отвернулась. А потом и вовсе ушла. Собирать ягоды резко расхотелось. Как и общаться с Бертой.

Но в одном она все же была права. Времени у меня почти не было.

Я убедилась в этом, когда меньше чем через неделю у замковых ворот собралась толпа не очень доброжелательно настроенных крестьян.

То ли Берта все же рассказала остальным, то ли они сами, наконец, заметили отсутствие своего хозяина. Это уже было неважно.

На меня смотрели десятки глаз со скрытой, затаенной злостью. И я понимала, до момента, когда эти люди достанут вилы и факелы, не так далеко.

Глава 2. Вилы и факелы

Бунт среди крестьян был ожидаемым, но все равно случился как будто неожиданно. Вот такой вот парадокс.

Я как раз завтракала и совершенно не собиралась держать оборону с ложкой в руке.

Да, повар перестал появляться с тех пор, как я закрыла замковые ворота, объяснив это приказом «господина». Но еды в погребе было более чем достаточно.

На некоторых продуктах каким-то чудом держались заклинания стазиса, хотя их давно не обновляли. Что-то сохранялось на леднике.

Я могла бы продержаться на этих запасах несколько месяцев. Так что особо не экономила.

Услышав гул недружелюбных голосов, я почти сразу поняла, что происходит. А уж когда после стука в ворота полетели камни, и подавно.

Съеденная каша застряла в горле. И начала проситься наружу.

Прятаться или выйти к ним?

Хотя о чем это я? Выбора у меня не было.

Какой смысл пытаться сидеть в осаде? Не высижу. Перелезть через стену можно. Через ворота тоже. Если бы у меня тут была сотня-другая лучников, которые отстреливали бы тех, кто пробирается внутрь, была бы тема для дискуссий.

Но у меня выбора не осталось. Только открыть самой, встретив опасность с гордо поднятой головой.

Так и поступила. Ну, по крайней мере, я надеялась, что голова у меня гордо поднята.

— По какому поводу это… собрание? — спросила я, стараясь выглядеть спокойной и даже грозной.

— Да так, слухи до нас дошли, что господина-то нет, — услышала я знакомый голос.

Готс, владелец местной таверны, который кривился при виде меня, обвиняя в смерти своих дружков — тех самых насильников, которых убил Леонхард. По крайней мере Эмиль считал, что у Готса именно такой мотив меня недолюбливать.

Ну да, это ведь моя вина, что они решили меня изнасиловать, а им не только помешали, но и наказали за это.

Если это Готс за главного в этом народном восстании, то мне крышка.

— И откуда слухи? — выгнула я бровь.

— А какая разница? Ты девка, не юли. Правду говори — выбрался господин, али нет?

Этот голос принадлежал уже другому мужчине. Я его не знала, хотя видела пару раз мельком в деревне.

— И как вы мои слова проверять будете? Обыщите замок? Думаете, господин вас за это не накажет?

Некоторые начали переглядываться.

— Так нету господина! — завел свою песню Готс. — Зуб даю вам, люди. Смог он все же барьер энтот преодолеть. А эта стервь на его месте пирует, жирует, на нас как на дураков смотрит.

— Ты так в этом уверен?

— Да как пить дать! А тебя, девка, давно проучить пора.

Готс подошел ближе, сплюнув мне под ноги.

Кажется, пора начинать обороняться. Лучше огнем. Главное, себя не спалить.

Но еще до того как я успела призвать свои новые силы, появилось новое действующее лицо.