Ордер на уничтожение - Хьюго Борх Страница 3

Но погода… Она сорвалась с катушек, как любила говорить Стефани, после взрывов в горах, когда образовалась огромная расщелина, и прорвались ветры с гор Гундеборду.

Чена знала, если погода ласкова сегодня, – на завтра жди ураган. В лицо колкие зерна града и песка, пес под навесы, окна под ставни, чтобы сохранились стекла. Вон, безразличная ко всему старая мышь, да и та отложила свои чердачные потехи до лучших времен. В холодные ночи ураганов… нет, про это Чена отказывается думать.

Теперь, вот уже третью ночь приходят другие звуки, медленные и вкрадчивые. Об этом красноречиво свидетельствует лай Харли перед входной дверью.

Но сегодня, когда вернулась Чена, пес залаял на входную дверь, будто в доме кто-то есть.

Чена вошла, координируя свои движения, скользя спиной по стенам, и подбрасывая вещи на видимые места. Пришелец, если он забрался в дом, никак себя не проявлял. Харли спокойно вошел, ткнулся носом в миску, взглянул на хозяйку, получил подарок и улегся у кресла. Пес был безмятежен, – тревога Чены оказалась напрасной.

3

Она поспешила зажечь свечу.

Она поспешила выглянуть на набежавшие тучи, и закутаться в плед, теплый и нежный, а главное, пахнущий Стефани.

Она поспешила зажечь конфорку, и поставить вариться пшенную кашу.

Она поспешила увидеть себя в глубоком кресле, неподвижным сурком, притаившимся кроликом с книгой, которую не собиралась читать, альбомом со старыми ароматическими открытками, неоткрытым.

Она поспешила взять в руки кружку отвара из листьев, цветков, трав и плодов, чтобы комната наполнилась мягким ароматом трав. Сейчас сенсоры обоняния улавливали мяту, ромашку, душицу, нотки тимьяна и шалфея.

Она не затопила печь, но интуиция подсказала, что сейчас произойдет что-то и она не успеет скрыться в подвале.

Над полом, по щиколотку повеяло ветерком. Да, ночью налетит ураган, – вон, ноги ноют, как никогда.

Ураган, посещавший Чену по ночам, стал новым пришельцем в этих краях. Стефани рассказывала, ураганы появились, когда в предгорьях Гундеборду раздались взрывы, исчезли леса, появились склады, дозорные вышки и площадки для летательных аппаратов.

Пальцы ног зарылись между ласковыми ворсинками козлиной шкуры, словно подслушали тревожные мысли своей хозяйки.

Чена пьет чай. Чай согревает внутри, нежная козлиная шкура – снаружи. Тепло разливается по ногам, – так можно снимать боль суставов, очень отзывчивых на непогоду.

Как просто можно жить, ставить чашку на стол, греть об нее руки, и наблюдать за извивающейся струйкой пара, что растворяется прямо на глазах.

Вот только звуки…

Вспомнила! После возвращения с реки не проверены окна. Ее убежище открыто всем ветрам. Мигом пробежала по веренице окон, на первом этаже, на втором, пока не обнаружила распахнутое окно на кухне, – штора наружу, забыла закрыть? Ну черт с ним, с кем не бывает.

…Глухой удар в дверь. Показалось? Удар повторяется. Харли успел выскочить на улицу, но голоса не подает, значит, незваный гость напомнил ему солдата. А если пришелец не один? Скорее один, ибо не разбивает окно, не ломится в дверь. Посыльный? Дезертир?

За окном еще темно. Открывать нельзя. Засовы то на скобах выдержат, значит, разобьет стекло, но оружия нет, и на его монотонные удары и заглядывания в окна, женщина кричит: «Укрой меня, медведь!»