Ворона в гареме. Книга 2 - Коуко Сиракава Страница 3

Это вряд ли. Если уж она наведалась сюда скрытно, пряча лицо, сложно представить, что придет еще раз, чтобы забрать забытую вещь. Но Шоусюэ спорить не стала.

— Делай как знаешь, – проговорила она.

Возможно, ее подтолкнул к этому запах?

Она так резко повернулась к дальнему углу комнаты, что взметнулись рукава платья. Там, под многослойным балдахином, находилась ее постель.

— Вы уже ложитесь?

— Да.

— Тогда нужно переодеться…

— Я сама.

— Так нельзя, госпожа! – возразила Цзюцзю, войдя внутрь занавесей вслед за хозяйкой.

До появления Цзюцзю Шоусюэ жила без служанки, справляясь со всем сама. С переодеванием, с умыванием… Вернее, ей хотелось делать все самой. Однако Цзюцзю обижалась: «Тогда зачем я здесь?»

Шоусюэ не стала спорить и позволила служанке выполнить свою работу. Она не находила себе места, когда Цзюцзю обижалась. Хотя странно, что хозяйка переживает за настроение прислуги.

«Никак не привыкну к тому, что кто-то находится рядом». Когда была жива Линян, у них тоже не было никакой прислуги. Вместе с ними жила лишь старуха-рабыня. После смерти Линян Шоусюэ осталась одна, если не считать золотую птицу Синсин. Такова жизнь Вороны-уфэй.

Теперь здесь оказались две прислужницы, Цзюцзю и Хунцяо. Время от времени захаживает и один любопытствующий гость… Иногда она даже думает: а дозволено ли ей это? Ведь не общаться с людьми, не приближаться к ним – такой должна быть жизнь Вороны-уфэй.

Цзюцзю протянула руку к платью Шоусюэ и развязала пояс. Наблюдавшую за ее движениями хозяйку обуревали разные чувства: неуверенность, сожаление, беспокойство.

— Цзюцзю, постой, – вдруг сказала она, посмотрев на дверь.

Синсин суетливо хлопала крыльями.

— Ой… Неужели еще кто-то пожаловал?

— Похоже на то.

— Может быть, правитель?

— С чего бы? – тут же возразила Шоусюэ. – Он ведь только вчера приходил. Не может же он навещать меня так часто!

— Вы опять за свое…

Впрочем, когда приходил император Гаоцзюнь, Шоусюэ сразу это чувствовала. Но это был не он. Девушка снова завязала пояс и вышла из-за занавесей. Снаружи послышался тонкий голосок:

— Прошу прощения. Не изволите ли открыть?

Смущенный голос мальчика… Раз мальчик живет на женской половине дворца, значит, это евнух.

— Госпожа Ворона, меня зовут И Сыха. Я…

Не расслышав имя, Шоусюэ склонила голову к плечу. Цзюцзю охнула, и хозяйка посмотрела на нее.

— Я его знаю. Это евнух из Фэйянь-гун, Дворца летящей ласточки, – пояснила служанка.

Там Цзюцзю работала раньше. Шоусюэ взмахнула рукой, и дверь открылась. У дверей, с беспокойством на лице, стоял небольшого роста мальчик в серой одежде. Ему было не больше одиннадцати лет. На загорелой коже – россыпь веснушек, круглые глаза, внимательно оглядывающие комнату, обаятельная мордашка. Его облик был полон детской простоты и открытости. Увидев Шоусюэ, мальчишка испуганно заморгал, но, заметив Цзюцзю, улыбнулся с облегчением. Шоусюэ бросились в глаза его умилительно кривые зубки.

— Госпожа Цзюцзю!

Мальчик невольно подался к служанке, но спохватился и бросился на колени. Затем, сложив руки у груди, склонил голову.

— Прошу прощения, госпожа Ворона. Я И Сыха из Дворца летящей ласточки, – запинаясь, представился он.

Наверное, совсем недолго во дворце…

— Он чуэр, ученик. Его взяли сюда недавно, в начале весны, – решила помочь Цзюцзю.