Пепельные следы - Александра Н. Пушкина Страница 30

— Я провожу госпожу в зал, – угодливо склонился перед ними распорядитель.

— Ступай, я сам, – неожиданно бодро подскочил король и предложил Сюзанн свою монаршую руку. Желудь при этом скользнул обратно в ладонь хозяйки.

Церемониймейстер вновь поклонился и безропотно удалился, похоже, испытывая немалое облегчение. Хайлсбронн же, спустившись к ним, покачал головой:

— Постойте, сир, я должен сперва посчитать ваш сердечный ритм…

— Не нужно, Август, – отмахнулся король, и Хайлсбронн был вынужден с легким поклоном отступить. Однако быстро спрятанная гримаса неудовольствия не укрылась от Сюзанн.

— Позвольте полюбопытствовать, кто ваша прелестная спутница, мой король?

Сюзанн застыла. Впрочем, своим запоздалым появлением она и так обрекла себя на лишний интерес. Король же усмехнулся и по-стариковски дребезжащим голосом произнес:

— Полагаю, эту розу захочет сорвать Эйтель, так что можешь не приглядываться к ней, Хайлсбронн.

Тот хохотнул с какой-то злой, как показалось Сюзанн, горечью, но возражать не стал. Сама же она почувствовала, как запылали под маской щеки: сравнение с цветком, вероятно, было бы приятно любой девушке, но лишь очень недалекой понравился бы скрытый в нем смысл.

Какое-то время они поднимались в молчании, но вдруг из сводчатой галереи в облаке смеха и громких разговоров появились новые, молодые и веселые лица. Галантные кавалеры в пышных и ярких нарядах, дамы в драгоценных платьях и огромных шляпах и беретах с перьями самых невероятных цветов. И кажется, в пестрой толпе мелькнуло лицо Беатрикс. Будто мотыльки вокруг фонаря, они усердно кружили вокруг одного юноши. Его бледные точеные черты в обрамлении каштановых кудрей нечасто озарялись улыбкой, в отличие от роящихся около него гостей. Сюзанн почувствовала, как сердце сделало скачок и забилось с удвоенной силой. Ее взгляд снова будто неодолимой силой притягивало к принцу. И на этот раз прекрасные синие глаза посмотрели прямо на нее.

Юноша замер, словно гончая, почуявшая в подлеске дичь. Не отрывая жадного взгляда от незнакомки, он сбежал по ступеням навстречу ей и королю.

— Батюшка! – дерзко и словно бы насмешливо прозвенел его голос, отразившись от высоких древних сводов. – Кто это прелестное видение рядом с вами?

Король вздрогнул при виде сына, медленно повернулся к Сюзанн, и та с удивлением поняла, что он будто видит ее впервые. Дряблая ручка в кружеве и бархате в тот же миг отбросила ладонь девушки, словно ядовитую змею.

— Ах, Эйтель… что-то… я запамятовал, – бормотал король, морща лоб и силясь вспомнить хоть что-нибудь.

— Баронесса Кербская, – услужливо наклонился к уху его величества Хайлсбронн.

— Кербская? – недоуменно и громко переспросил тот.

— Да-да, тот самый нежный цветок для Эйтеля.

Король как-то жалко и потерянно поглядел на своего поверенного, а Сюзанн с негодованием вновь ощутила, как краска прилила к лицу. Она не могла не услышать в сказанном издевки.

— Ха-айлсбронн! Вот вы где, старый пес, – широко улыбнулся принц. – Зря вы сбежали. Впрочем, отправившись искать вас, я, похоже, нашел бриллиант. Но вижу, вы и без того вели эту прелестную розу ко мне. Что ж, я забираю ее, батюшка, потому что не с вашими ногами отплясывать на балу, а я не могу позволить прекрасной незнакомке провести весь вечер стоя рядом с троном.