Хрупкость - Кортни Ли Винн Страница 30

Я бы ни за что не убила его, но Брунар об этом не знает.

Он сглатывает ком, и его горло дергается под моим клинком.

— Да, принцесса.

— Вот и хорошо. А теперь займись делом и отведи рабыню в ее комнату.

Исабелл – одна из самых храбрых двенадцатилетних девочек, которых я встречала, но ей страшно ходить одной по темным коридорам замка.

Один из стражников делает шаг к Исабелл, которая уже успела выйти в коридор. Он грубо хватает ее за руку, и она роняет мешок с мусором. Меня охватывает гнев, но я должна молчать, чтобы не подвергать ее опасности. Стражник отпускает Исабелл и толкает ее на пол.

— Собери все, что уронила, рабыня.

Исабелл бросается собирать мусор и успевает мельком взглянуть на меня, будто бы говоря, что все хорошо. После этого стражник уводит ее.

Я чувствую холод у себя за спиной и слышу сердитый голос темного духа:

— Маленькое злое чудовище.

Отбросив страх, я поднимаю кинжал и направляю острие туда, где над головами стражников ощущается его ледяное присутствие.

— Повтори. Ну, давай же!

Он замирает, но не произносит ни звука, а я возвращаюсь в комнату, тщетно стараясь обуздать свой гнев. Он кажется бездонным.

Мне удается сохранять спокойствие до тех пор, пока Лиха не уходит развлекаться на ночь. Ее розовый шар энергии исчезает за дверью спальни и плывет по замку: она делает это каждый вечер, чтобы подслушать сплетни служанок. Как только Лиха исчезает и я остаюсь одна, я сразу же набрасываюсь на первый попавшийся под руку предмет: на этот раз им становится стул для чтения.

Однако вместо того, чтобы пролететь через всю комнату, стул скользит по каменному полу. Я хватаю его за спинку и с криком отшвыриваю в сторону, давая волю своей бездонной черной ярости.

В дверь тут же стучат.

— Все в порядке, принцесса? – В голосе стражника слышится неуверенность, ведь он только что видел, как я угрожала Брунару, но я знаю, что он всего лишь выполняет свою работу.

Впиваясь ногтями в ладони, я считаю до трех и отвечаю:

— Все хорошо.

Я опускаюсь на пол рядом с перевернутым стулом: черный гнев по-прежнему течет по моим венам, и я ненавижу себя за то, что не умею контролировать его, совсем как мой отец. Сделав несколько дыхательных упражнений, которые совершенно мне не помогают, я начинаю вставать, но тут замечаю маленький черный дневник, всунутый под сиденье. Я вытаскиваю его и кручу в руках, но не вижу никакой подписи. Я открываю мягкий кожаный переплет и перелистываю страницы большим пальцем. В воздух поднимается пыль, но я продолжаю листать страницы, заполненные изящным почерком. Дойдя до конца, я возвращаюсь к первой странице и без тени смущения начинаю читать.

Дневник: страница 1

Сила воздействия фактически сводится к пониманию трех вещей: силы, слабости и мотива. Если вы их узнаете, то получите серьезное оружие, потому что тот, кто овладел искусством управления, знает, что они взаимосвязаны.

Сила также является слабостью.

Слабость может быть силой.

А мотив скрывается за каждым словом и поступком.

Возьмем, к примеру, мой дневник.

Что касается мотива, то это место, где я могу делиться своими тайнами, что, с одной стороны, является силой, поскольку в дневнике содержатся документальные свидетельства, которые мне предстоит собрать воедино и проанализировать. Но вместе с тем этот дневник также моя величайшая уязвимость, особенно если его кто-то найдет.

И потому я использую яд и стойкие магические чернила.

Итак, если я увижу, как вы расхаживаете по замку с испачканными чернилами руками, я убью вас прежде, чем это сделает яд.

– Ло