Рокировка: Рокировка. Дворянин поневоле - Эльхан Аскеров Страница 301

— Кстати о газетчиках, – спохватился Алексей Михайлович. – Тут меня репортеры одолели. Требуют комментариев о случившемся.

— И что? – не понял Сашка.

— И то, – вяло огрызнулся князь. – Мы им скормить что-то должны, а то они уже начали визжать, что мы правду скрываем от общественности. Сам знаешь, если с ними не поговорить, они такого напридумывают, отмываться устанем.

— М-да, репортеры, это неприятно, конечно, но решаемо, – скривился Сашка. – Ладно. Давай так сделаем. Сделай объявление, что послезавтра, после обеда, я буду готов ответить на их вопросы. Пусть собираются у ворот усадьбы.

— А на самом деле? – насторожился князь.

— А на самом деле так и будет. Выйду к воротам и поговорю с ними. Может, после этого заткнутся наконец.

— Они ведь станут и про нападение на императорскую семью вопросы задавать, – напомнил Алексей Михайлович.

— А вот с этим к императору, – злорадно усмехнулся парень. – Мне права эту тему обсуждать никто не давал. Да и устарела эта история.

— Их же целая свора сбежится. Справишься один-то? – с сомнением протянул Алексей Михайлович.

— Не переживай, деда, – улыбнулся ему Сашка. – Я ж тоже не пальцем деланный. Думаешь, почему я им встречу у ворот назначаю? Если что не так пойдет или кто хамить станет, развернусь и просто уйду.

— И еще больше их раздразнишь, – скривился князь.

— Так ведь я не молча уйду. Я им выскажу, почему ухожу, – лукаво улыбнулся парень, подмигивая деду.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – подумав, вздохнул князь.

В ответ Сашка только кивнул. Ну не объяснять же ему, что такое пиар и как правильно им пользоваться. Впрочем, Сашка и сам слабо представлял, как это делать, но кое-какие понятия у него с прошлой жизни остались. В том числе и фраза одного офицера-разведчика о том, что слухи – это тоже оружие. Офицер приводил в пример один случай, произошедший в Афганистане, и именно эта история запала парню в память.

Через день, с аппетитом отобедав, парень накинул пальто и, не надевая шляпы, вышел на крыльцо. Как и ожидалось, у ворот уже толпились репортеры.

— Как мухи, – фыркнул про себя Сашка и не спеша направился к воротам.

Вопросы посыпались, едва он оказался шагах в десяти от точки, которую наметил себе как место для разговора. Молча добравшись до места, он обвел собравшихся ироничным взглядом и, вскинув руку, негромко сказал:

— Господа, я понимаю ваше нетерпение, но давайте будем соблюдать приличия. К тому же вас много, а я один. Так что задавайте вопросы по одному и так, чтобы их было хорошо слышно всем. Итак, я вас слушаю.

— Петербуржские ведомости! – тут же раздался голос. – Как случилось, что вы снова убили человека?

— Что значит снова? – уточнил Сашка, найдя взглядом спросившего. – Разве я кого-то убил просто так?

— А обезглавливание итальянского гражданина на приеме? – злорадно усмехнулся репортер. – Ведь после той истории вы были отправлены в опалу.

— Научитесь уже проверять свою информацию, – вздохнул Сашка. – Пользоваться слухами в вашей профессии чревато судебным иском. То была открытая дуэль в присутствии множества свидетелей. И опалы никакой не было. Я уехал в имение потому, что предпочитаю более теплый климат. Как вам уже известно, я много лет прожил в Африке и потому плохо переношу сырость.

— И все-таки, что сейчас произошло? – не унимался репортер.